Настя застыла у кухонного стола, постукивая пальцем по краю кружки. Холодный чай давно потерял свой вкус, пользу и аромат, но она не решалась его вылить в раковину. Сознание было заполнено бурлящими мыслями, подобно плотной дымке.
— Твои сестры не просто умны, а чрезвычайно изобретательны, — выговорила она, устремив взгляд прямо в глаза мужу. — А их сыновья к тому же отличаются дерзостью. И если ты этого не замечаешь, то мое терпение лопнуло!
Лицо Ромы исказилось, как будто его любимая жена задела его за живое.
— Ты говоришь так, словно забыла, что они — моя семья. Это родные люди, Настя! Ближе просто не бывает! А семья, если ты вдруг запамятовала, должна поддерживать во всем друг друга!
Он произносил это с таким надрывом, будто декламировал со сцены.
— Ром, — выдохнула его жена Настя, — дело не в злости. Я просто больше так не выдержу. Пойми ты наконец-то!
— И что же тебя так достало, можно узнать?
Она взглянула на мужа, словно взвешивая: высказать все сейчас или еще немного промолчать. Но многолетняя горечь и изнеможение взяли верх.
— Рома, ты же меня знаешь. Я никогда не закатывала сцен и всегда смотрела на вещи трезво. Но, сейчас просто крик души: я не давала согласия вкалывать на твоих родственников! И ты тоже не давал такого обещания! Разве это не достаточный аргумент, чтобы отказать? Хорошо тебе. Ты их не кормишь, не обстирываешь, не убираешь за ними.
— Звучит убедительно! — Рома раздраженно оборвал ее, не дав закончить.
— Молчи и позволь мне высказаться! — Настя внезапно повысила тон. — Иначе я взорвусь, и мало не покажется!
Он нахмурил брови, но промолчал.
— Итак, — продолжила она, — я могла бы просто сказать: «Это не входит в мои обязанности». Но я скажу по-другому. У кого-то в этом семействе серьезные проблемы с моралью.
Рома устало откинулся на спинку кресла. В голове был сумбур, и контраргументов он не находил.
Былые времена сильно отличались от нынешних. В самом начале совместного пути их благосостояние было близко к нулю. Никакой обстановки, скромный гардероб. Но они были окрылены любовью.
В студенческие годы со стипендией и общежитием трудности переносились легче. После получения дипломов пришло осознание, что самостоятельная жизнь — это не идиллия, а суровая действительность.
Настя нашла работу в сфере обслуживания, Рома устроился разнорабочим. Удалось арендовать небольшую комнату в квартире с общими удобствами. Множество соседей, общая кухня, постоянные очереди в ванную.
Казалось бы, логичным было обратиться за поддержкой к близким. Однако Настя разорвала отношения с семьей и поклялась не возвращаться в родной город, из которого уехала после конфликта. Рома же лишь упоминал о сестрах, не рассчитывая на их помощь.
Несмотря ни на что, они не сдавались. Появление ребенка усложнило их положение, но придало новый стимул. Они экономили на всем, мечтая о собственном жилье.
