Спустя некоторое время заветное желание осуществилось: трехкомнатная квартира на городской периферии. Наконец-то свобода, личное пространство, грезы об отдыхе и обновлении интерьера.
Однако счастье было недолгим.
— Знакомься дорогая, это Денис, — произнес Рома как-то вечером, представив юношу. — Мой родственник. Поживет здесь, пока получает образование.
Настя чуть не подавилась. Оказалось, что семья супруга обитает совсем близко — в селе, расположенном в сорока минутах езды. И существовали они вполне благополучно: три дома, земельные участки, свое хозяйство.
— Четыре года? — переспросила она, надеясь, что ей послышалось.
— Именно, — ухмыльнулся Денис.
Итак, он занял комнату в их квартире, имея при себе лишь рюкзак и телефон, который постоянно держал в руке. Все остальное — гардероб, питание, предметы первой необходимости — легло бременем на их плечи. Денис был приучен к тому, что бытовые вопросы решают за него: уборка казалась непосильной задачей, приготовление пищи — невыполнимой миссией. Любая просьба Насти о помощи оборачивалась звонком матери, которая тут же обрушивалась с упреками на Рому: «Зачем ты эксплуатируешь ребенка?!».
Настя терпеливо сносила это на протяжении четырех лет. Четыре года они несли на себе груз чужой ответственности в виде взрослого подростка. В ответ — ни капли признательности, ни малейшей финансовой помощи от его семьи.
Когда Денис наконец покинул их жилище, Настя ощутила облегчение, словно освободилась от неподъемного груза.
— Вот теперь наша жизнь начнется заново! — с ликованием объявила она супругу. — Отправимся в путешествие, а потом займемся ремонтом.
Однако ликование оказалось преждевременным.
— Дорогая, — с прежним воодушевлением воскликнул Рома, — это Кирилл и Слава! Мои племянники.
Настя застыла на месте.
— Какие племянники? Ты же утверждал, что у твоей старшей сестры только один ребенок!
— А это дети младшей сестры выросли, — объяснил он. — Один в университет поступил, другой в колледж. Надо же парням помочь.
И ситуация повторилась вновь. Два юноши, вдвое больше беспорядка, вдвое больше расходов. Сын Роман в это время арендовал жилье, дабы хоть немного побыть вдали от «новоиспеченных родственников».
Настя изо всех сил старалась не показывать своих эмоций.
— Пусть сами ищут себе квартиру! — безапелляционно заявила она однажды. — Больше ноги их здесь не будет!
Рома, разумеется, разразился тирадой: «Ты что такое говоришь? Это же наши близкие!» Но Настя лишь криво усмехнулась в ответ.
— Близкие? А где они пропадали, когда мы с сыном ютились в восьми квадратных метрах коммунальной комнаты? Где они были, когда нам куска хлеба не хватало? И думать не думали о том, что у тебя есть жена и сын. А как только мы обзавелись квартирой — сразу вспомнили, что мы «родня».
Она назвала имена тех, кто по-настоящему поддерживал: соседка, делилась вещами для малыша; дядя Миша, привозил овощи с дачи; знакомый Сергей Михайлович, дал взаймы денег и не потребовал возврата.
