— Но я не могу оставить Стасика с вами.
— Господи, да почему?! — воскликнула пожилая женщина.
— Да потому, что Стасик вам неродной!
— Ну, куда ты его потянешь? Карина! — воскликнула Анна Васильевна.
— Вы меня простите, пожалуйста, но мне жить дальше надо! — ответила Карина.
— Так и живи, девочка, Стасик-то тут причем?
— Он же мой сын, — произнесла Карина. — Он с матерью должен быть!
— Карина, ты же не одна на квартиру уходишь, — Анна Васильевна склонила голову набок, — ты же к мужчине уходишь!
— Я и говорю, что жить нужно дальше!
— А если с этим не уживешься? — спросила Анна Васильевна. — Вот как с предыдущим. Стасику лишний стресс!
— Не могу же я его с вами оставить? — улыбнулась Карина.
— Почему? Мы с ним прекрасно ладим! — Анна Васильевна улыбнулась в ответ. — Я уже на пенсии.
А с внуком и я сама больше проживу! С делами и заботами дряхлеть некогда!
— Анна Васильевна, я привозить его буду! Честно! — заверила Карина. — Но ребенку лучше жить с матерью!
— И ее новым мужчиной? — спросила пожилая женщина.
— Ну, да! Он же меня любит!
— Карина, прошлый тоже тебя любил! И к Стасику нормально относился. А вот разбежались же через два месяца!
— Так, не из-за ребенка же! — возразила Карина.
— А ты, поди, догадайся! — произнесла Анна Васильевна. — А не было бы с тобой Стасика, глядишь, и ужились бы!
— Валера не такой! — сказала Карина обидчиво. — И он совершенно не против моего ребенка!
— Это они все так говорят, — отмахнулась пожилая женщина. — Но я тебе скажу: мужики, они и своих детей не всегда любят, а уж чужих!
Сто против одного, он мальчика терпеть будет, а любить — нет!
А дети же все чувствуют! Можешь поверить моему жизненному опыту!
— Анна Васильевна, я все это понимаю, — Карина опустила глаза. — Но я не могу оставить Стасика с вами.
— Господи, да почему?! — воскликнула пожилая женщина.
— Да потому, что Стасик вам неродной!
Карина ожидала крика, скандала, обвинений и позорного изгнания. Но Анна Васильевна тихо сказала:
— По крови — нет, а по душе, так роднее его у меня никого не осталось!
Светлая память его отцу, сыну моему, Димочке! — Анна Васильевна вытерла одинокую слезинку в уголке глаза.
— Так вы знали? — Карина от удивления распахнула глаза.
— Конечно! — кивнула Анна Васильевна. — Дима же был усыновленным. Я потому и говорю, что мужики чужих детей со скрипом принимают!
Муж мой Диму тогда так до конца и не принял. А на усыновление согласился только ради меня.
Эту новость надо было переварить, но Карина после минутного замешательства сказала:
— Анна Васильевна, опять же меня простите, но я Стасика не от Димы родила. Так что он, как бы, вам совсем чужой!
— А от кого родила, помнишь? — с усмешкой спросила пожилая женщина.
— Ну-у, — протянула Карина.
— Значит, мой это внук! — подвела итог Анна Васильевна.
— В том-то и дело, что не ваш! — возразила Карина.
