Он преподнес букет кремовых роз Вере Петровне, передал пакет с дорогим коньяком Олегу Николаевичу и поддерживал беседу за столом, не выпячиваясь, но и не замыкаясь.
В основном Влад отвечал на вопросы после того, как обозначил свои намерения насчет Анны.
Родители с удовольствием узнали о том, что Влад живет один в трехкомнатной квартире и имеет нехилый пакет акций в нефтяной компании и входит в совет директоров.
-Это наследство от погибшего отца, — скромно признался он. — Я ведь сирота. Погибли они оба, едва я высшее по нефтянке получил. Вот сейчас там и работаю — в крупной, вертикально-интегрированной частной компании.
В заключении вечера Влад, заручившись согласием родителей, преклонил колено перед невестой и преподнес помолвочное колечко.
-Слышь, Олежек… Что-то у меня на душе кошки скребут, — отойдя от эйфории, созданной приятным поведением жениха, проговорила Вера Петровна. — Уж слишком зятек наш хорош. Вот как будто в маскарадном костюме джентльмена он.
-Ну тебе, мать, не угодишь. То засиделась наша дочь в девках, то жених какой-то не такой. Нормальный мужик, по моему. — ответил Олег Николаевич, но задумался. — А, впрочем… Доверяй, но проверяй, как говорится. Найду каналы, как аккуратно пробить парня…
Странное дело, но после того, как у Анны появилось на пальчике колечко от Влада, она тоже, как и мама, на уровне интуиции начала чувствовать какую-то тревогу.
Никаких аргументов для тревоги не было. Однако тревога была.
-Ложь…и провокация, — вспомнила она почему-то смешную присказку, услышанную в детстве от детей, с которыми ей было не разрешено общаться «Не комильфо», — говорила тогда мама.
И буквально через три дня после того, как Влад побывал в гостях, произошло странное событие.
Они решили пройтись пешком по бульвару до театра, куда отправились на премьеру спектакля.
В подземном переходе Влад, как обычно остановился около попрошайки — скорее женщины, чем мужчины.
Он уже полез за наличкой, как вдруг женщина подняла глаза и Влад шарахнулся от неё, схватив Анну за руку.
-У-у-у-у… Ирод… Живой? Очередную об**ываешь?! Д. у. р.а! Беги от него! — закричала попрошайка.
Влад тащил Анну к выходу, сжав губы. Глаза его потемнели от гнева.
-Что это было? — девушка остановилась, ошалело глядя на мужчину.
-Это. Да это моя бывшая соседка… Кристина. Цеплялась ко мне, а я её отшил… Потом она по рукам пошла, спилась, квартиру за долги забрали… Я и не знал, где она и что с ней.
-Так может быть ей помощь нужна? Давай вернемся…
-Нет… Она… Она… Обокрала меня когда-то и вообще, забудь об этой мерзкой бабёнке…
Алла замолчала, но после спектакля она сразу же поехала домой, сославшись на головную боль.
-Что-то не стыкуется… Такой добрый, аж чересчур… И вдруг такая черствость по отношению к опустившейся бывшей соседке — думала Анна весь вечер. — Сколько у него злобы и отвращения было… Его аж «типало», пока он в руки себя не взял.
Целую ночь девушка крутилась, вспоминая красивые синие глаза любимого в момент, когда они неожиданно стали колючими, злыми и испуганными.
