«Никто ничего такого про тебя не подумает, худенький человечек с большой лысой головой, похожий на гуманоида, никто не поверит, что найдётся женщина, которая добровольно возьмётся за излечение от депрессии мужчины, единственном достоинством которого является квартира, но три четверти её принадлежат бывшей семье, никто не возьмётся, кроме Лиды, потому что знает тебя с тех пор, когда, ты, тонкий и ласковый, имел неплохую шевелюру, и не замечает того, что её больше нет», — хотелось ему возразить, но я не знала как это сделать, чтобы не вызывать новую волну переживаний.
После Лидиного жилья в доме моём было особенно спокойно и тихо. Приятно, наверное, по утрам пить кофе в компании симпатичной женщины, но вечером к ней приведут внуков, и тихая обитель превратится в звенящий дом, заполненный активными отпрысками её плодовитого квартиросъёмщика.
Ещё нюанс: раз в неделю, по субботам, у меня бывает друг мужа, Олег, остальные дни он проводит с женой. Особое его отношение к себе я чувствовала задолго до гибели мужа, трагедии, которая не стала неожиданностью.Байкерский клуб, рискованные спуски по бурным рекам, охота в тайге, рыбалка на северных морях. Чем-то таким всё это должно было закончиться. Вёл себя так, будто с этой землёй его ничего не связывает, метеор, пролетевший на мотоцикле по касательной к «шарику». Мне остались снимки в «облаке», разбитый мотоцикл, дорогая машина, взятая в кредит, и заботы о семье.
После его гибели Олег стал моим мужчиной. Бесперспективные отношения.
Когда уходит, берёт мои руки в свои, виновато наклоняет голову. Встав на цыпочки, целую серебристый ёжик «каланчи».
— Она мне не сделала ничего плохого, не могу ей сказать, мы с тобой, ведь, не злые люди, правда? — спрашивает он.
— Правда, — отвечаю, — добрые, лампочка перегорела в гостиной, купи несколько штук, ты помнишь, в которой люстре миньон, в которой простой патрон, а я путаю.
Ничего не изменится, если любовника переведу в разряд друзей. Это немного успокоит моё самолюбие и обрадует Гошу. Больше никакого смысла. Некогда об этом думать, сажусь за компьютер. Осталось «сделать» ещё полтора миллиона рублей, чтобы сын купил квартиру в Москве. Кредиты не люблю, с трудом расплатилась за машину.
Звонить сыну по ватсапу — дело безнадёжное, занят на работе или семьёй. К скайпу не подходит, трубку домашнего телефона берёт тёща, тесть или бабушка.
— Здравствуйте, Елизавета Максимовна, рада Вас слышать. Что-то давно не было новостей, — изо всех сил стараюсь быть приветливой.
— Мы тоже рады, а ребят дома нет, работают. Любочкой занимаемся мы с бабулей. Устали, тесно.
«Толстый» намёк на то, что, я должна продать мои апартаменты и переселиться в скромную «однушку».
Работаю над тем, чтобы никому не отдавать тени в квартире, не могу расстаться с гостиной, где Гоша, погрузившись в мягкое кресло, рассказывает про дочку, внучку и Мику, щенка шарпея, следующий сюрприз от дочери. Потом, достав из сумки для инструментов разводной ключ, идёт чинить кран в ванной.
