Егор притащил ревущую сестру домой, толкнул её к матери.
-Может обратишь внимание на ребёнка, ей двенадцати нет, а она с мужиками трётся и курит.
Не придёшь в себя, пойду в опеку, попрошу чтобы нас в детский дом забрали, — кричит с надрывом Егор, — ты достала, он ушёл, понимаешь, ушёл! Мы не нужны ему, ты не нужна вечно ноющая и угождающая, я не нужен, они не нужны.
Посмотри, посмотри Игорёк в штаны писать начал, он маленький так не делал и палец сосёт.
-Уууу, — воет мать, — аааааа, — закатывает страшно глаза и плачет, плачет, плачет.
Олег в это время со своей молодой женой едет отдыхать, если бы не эти дурацкие алименты, он пораньше отвёз бы свою любимую на отдых.
Нина эта, всё караулит его, в глаза заглядывает, совсем спятила, то водой обольёт из-за угла, то за рукава хватается, просит вернуться. Куда вернуться, совсем больная что ли?
В эти вечные вопли, писки крики. Вечная экономия, не успеешь набрать на один кредит, тут уже время второго подходит, то Егору надо кроссовки, то Даше костюм, то Игорьку в садик деньги сдать.
Слава богу он избавился от этого кошмара.
Сама говорила, что бабка её учила, мол рожай столько детей, сколько сама сможешь поднять. Вот и нарожала., а он -то при чём? Женщина наравне с мужчиной сейчас, она свободный человек и вправе сама распоряжаться своим телом.
Вот она и распорядилась.
Да ну её, даже думать не будет о ней, настроение портить. любимая рядышком, привалилась к плечу, солнышко.
Волна любви и нежности захлестнула мужчину, как же ему повезло. Он чмокнул в макушку любимую и положил свою голову ей сверху.
Нина перестала бегать по бабкам, она начала строить личную жизнь, а чем она хуже.
Остригла длинные волосы, обесцветилась, начала ярко краситься и громко смеяться.
Она пропадала на работе, а в выходные отдыхала, вместе с откуда-то появившимися подружками они пили вино, пели песни про разлучницу и про то виновата ли она.
Егор полностью взял на себя заботу о младших, мать орала что она содержит их, что алиментов, которые платит их непутёвый папаша, не хватает даже на неделю, она теперь не плакала, она теперь пила.
Парню стыдно было ходить в вещах, из которых он давно вырос и он нашёл подработку.
Мать привела какого-то мужика, сказала что она ещё молодая и красивая женщина, ей надо устраивать свою жизнь.
Через неделю Егор спустил его с лестницы, поймав на том, что он подглядывал за Дашкой. когда та переодевалась в комнате.
Мужик плакал, клялся матери что Егор просто его возненавидел за что-то, а потом сказал что Дашка сама виновата, соблазняет его.
Мать кинулась на детей драться.
-Уходи, — сказал Егор матери, — уходи и никогда не приходи сюда. Слышишь?
Мать ушла следом за этим мужиком.
-Егор, как мы будем жить, — спросила Дашка, — мы же дети… У нас ипотека, Егор.
-Ничего, проживём — стиснув зубы сказал мальчишка.
-Егорушка…— она пришла через месяц, избитая грязная, с перегаром, — прости сыночек… Деточки мои, простите вы меня.
