«Повтори, что ты сейчас сказал?» — ошарашенно спросила Вероника, не веря в просьбу мужа о втором ребенке в условиях их нестабильной жизни

Куча вопросов в голове и ни одного четкого ответа. Из задумчивости ее вывел стук в дверь, а потом вошла ее мать Анна Викторовна. -Дочь, что происходит? Отчего Костя такой злой? Я приехала забрать Матвея на выходные и вижу, что вовремя. Вы поругались? -Мама, он второго ребенка хочет. -Так это же прекрасно. И в чем же дело? -Дело в том, что я не хочу. Сейчас, — поправилась она, видя как вытянулось лицо у матери. — Я хочу закрыть долг перед банком сначала, я хочу еще попутешествовать, посмотреть мир. Я хочу пожить в свое удовольствие, не нарушая границ своей свободы… -Ты эгоистка, — покачала головой ее мать. — Вот мы раньше даже не задумывались об этом, если бог послал, значит так надо. -Да? — Вероника повернулась к ней и посмотрела прямо в глаза матери. — А ты забыла как мы росли? Как ты из кожи вон лезла чтобы нас прокормить! Как мы копейки считали, как платье на день рождения было самым лучшим подарком. — Это были другие годы, сейчас все иное. Вы росли в лихие девяностые… -Все равно, мама, я сперва крепко встану на ноги и лишь потом рожу второго. Мне нужна хоть какая-то материальная подушка. -Слушать противно, — Анна Викторовна вскочила и пошла к двери. — Не могу слышать то, что деньги важнее ребенка и семейного благополучия. Смотри, как бы Костя не нашел ту, которая родит ему. Мать вышла, а Вероника запустила подушку в дверь, со злостью подумав о том, что они ее не слышат и не хотят понять. В конце концов, если мужчина захочет уйти из семьи, его не остановит наличие ни двух, ни трех детей. Костя не разговаривал с ней сутки, а потом вдруг резко поменялось его настроение, он стал ласковым и нежным. А позже, ночью, она поняла причину его настроения — он все же решил брать инициативу в свои руки. Она не переживала — в конце концов у нее есть таблетки. А через два месяца, почувствовав знакомые симптомы, Вероника обратилась к врачу, который подтвердил, что она беременна. Срок 6 недель. Она не понимала как так может быть — таблетки принимала вовремя, неужели не сработали. В задумчивости она вернулась домой и очень даже вовремя, не пришлось ломать голову над тем, как так все вышло: ее любимый супруг занимался на кухне тем, что пересыпал в тюбик совершенно другие таблетки. — Что это? Ты что делаешь? Чем ты меня травишь? — закричала она. -Успокойся, это витамины. — Костя даже не стал отпираться. — Ты их принимаешь уже пару месяцев, как видишь, ничего с тобой не случилось. Вероника, пойми, я очень хочу ребенка… Вероника подошла к столу и, схватив пузырек с лекарством, выкинула его в мусорку. — Ну что же, можешь праздновать. — Достав справку из сумочки, она положила ее на стол. — Можешь прямо сейчас начинать! Сидя в комнате она плакала от обиды. Он все решил за нее, никакие доводы на него не подействовали. Она чувствовала себя каким-то инкубатором, с которым никто не хочет считаться. Надо же додуматься поменять ее таблетки на витаминки! Костя пришел минут через пятнадцать, он подошел к ней, сел рядом на пол и взял ее ладони в свои. -Милая, я на все готов ради тебя и наших детей. Верь мне, мы справимся, я во всем буду помогать. Если ты переживаешь по поводу работы, так мы няню наймем. Ты полгодика хотя бы посиди в декрете, а потом уже посмотрим. У нас все будет хорошо, мы справимся. -А у меня есть выбор? — спросила она. — Ты ведь все решил, верно? Мне остается только принять ситуацию… ….Беременность протекала тяжело, ей приходилось трижды лечь на сохранение в больницу, но все же она родила в положенный срок девочку, которую назвали Миленой. Костя не отходил от ребенка ни на шаг, каждую свободную минуту он проводил с ней. Глядя на это, Вероника почувствовала себя виноватой в том, что сомневалась в нем, стыдилась за те мысли, которые посещали ее до беременности. Ведь и правда все хорошо — дела в компании идут стабильно, муж и ее мать помогают ей во всем, ребенок спокойный, Матвей рад появлению сестрички. -Вот видишь, Вероника, и никакие путешествия, никакие машины и побрякушки не стоят того, чтобы их менять на простое женское счастье. -Да, мама, ты права. Я слишком много думала о себе. Костя и правда отличный отец, он сдержал свое обещание. Да и я изменилась, стала совсем другой. Идиллия длилась ровно полгода, а потом вдруг все изменилось. Милена вдруг стала капризной, на каждый зуб у нее поднималась температура, она плакала днями и ночами. Вероника таскала ее по врачам, в надежде облегчить ее состояние. Но педиатры пожимали плечами — это нормально, каждый второй ребенок через это проходит.