Она оставила дверь в кабинет открытой. Чтобы свет падал в коридор — хоть не так жутко. Звуки предположительно шли из той самой комнаты. «Никогда не ходи туда!» — прозвучал в её голове строгий голос хозяина. А разве она заходит? Там заперто, туда никак и не зайти.
Она просто подойдёт и посмотрит в замочную скважину, и всё. Лида подошла и прислушалась. Слышно было плохо. Но она чувствовала из комнаты… жизнь. Энергию. Она встала на колени и приблизила глаз к замочной скважине. В комнате было темно, как всегда. Ничего нового.
— Владислав… вы там? — негромко спросила она.
И увидела. Это было так страшно, что она отпрянула. С той стороны через отверстие замочной скважины на неё смотрел звериный глаз. Голубой глаз с жёлтыми вкраплениями. Раздался рык и удар такой силы, что дверь дрогнула. Качнулась, но не открылась. Лида поняла: заперто. Видимо, дверь укреплена чем-то — зверь не может выбить её. Хочет, но не может.
Тоскливый вой в ответ.
— Не плачь… хороший мой, не плачь.
Она села рядом с дверью, обхватив руками колени. Всю ночь из-за двери слышался какой-то шум, надо сказать, не особо громко — видимо, была какая-то звукоизоляция. Только через замочную скважину и проникали звуки.
Лида не ушла, она и сама не знала, почему. Сначала сидела, обхватив колени, а потом легла на бок на пол, у стены. Устала сидеть.
На рассвете звуки стихли. Лида уже не слышала ничего — она всё-таки уснула. Разбудил её щелчок. Она подскочила и увидела щель в двери. Лида тихонько потянула тяжёлую створку на себя. Глаза привыкли к темноте, и она увидела Владислава, абсолютного голого, лежащего без сил около двери. Он свернулся клубком и спрятал лицо в ладони. Как же он открыл дверь? Лида нащупала выключатель и включила свет.
Она бы вздрогнула от увиденного, — каменные серые стены все были в следах от огромных когтей, — но некогда было вздрагивать. Лида сорвала с себя пальто и прикрыла Владислава. Обернувшись к двери, она поняла, как та открывается изнутри — под выключателем был распложен сенсор для ладони. Лида видела такие в кино. Ей вдруг стало смешно.
— Чего ты ржёшь? — хрипло спросил Владислав, отнимая руки от лица.
— Что, лапой эта штука не открывается?
— Что ты тут делаешь? Зачем вернулась?
— Не поверишь. Я забыла телефон.
Она сама не заметила, как перешла с ним на «ты».
Лида помогла Владиславу дойти до спальни. Он рухнул в кровать.
— Скоро пройдёт. — сказал он и внимательно посмотрел на неё. — Ты не должна была узнать. Никто не должен знать. Мне придётся тебя убить.
Он говорил очень серьёзно, и она ему верила.
Лида задумалась на минуту, закусив губу. Потом сказала:
— Ну, что ж теперь поделаешь.
Нет, не убьёт он её. Тот, кто хочет убивать, не будет строить себе клетку, чтобы запираться в полнолуние.
Она подошла и присела на кровать. Взяла Владислава за руку:
— Бедный… наверное, тяжело это всё, одному…
— Я как будто во сне. — пожаловалась Лида. — Разве бывает такое в жизни? Не в книгах, не в фильмах. Я как будто во сне, и ты мне совсем не помогаешь.
