— Никакой такой дружбы быть не может. Между мужчиной и женщиной не бывает дружбы! — талдычила Наташа.
— Я понял! Ты — ограниченная. В этом все дело…
Жена ещё что-то бубнила, когда Вадик собрал Мишку и пошёл с ним гулять. Ему надо было подумать. Думать у плиты в такой обстановке он не мог — сын орет, жена бубнит. А так и Мишенька поспит, и он подумает.
Может, открыть свой ресторан? Нет. Не вариант. В их провинциальном городке хватает ресторанов, эти бы гостями заполнить. Но что тогда? Как реализоваться, и отвлечься от того, что у тебя семья не такая, какую бы хотелось?
Вадик решил, что сына он вырастит. Наташа не была ему противна в физиологическом плане. Она следила за собой. Что касается уюта, она тоже старалась быть хорошей хозяйкой. Жить можно, в общем. Жить, сына растить. Восемнадцать лет в мышеловке — не такой уж большой срок. Люди в тюрьмах вон пожизненно сидят, случается. А тут просто семья. Ну, да, не идеальная. Но сына Вадик очень любил.
— Я буду общаться с кем хочу. — сказал Вадик Наташе, когда вернулся домой. — А если тебе что-то не нравится — я тебя не держу.
Наташа посмотрела на мужа и вдруг поняла: не шутит. Лучше не спорить.
Они жили. Долго и, моментами, даже счастливо. Вадик был неплохим бизнесменом — имел уже три магазина и автосервис на пару с Олегом. Машины гонять они перестали некоторое время назад — слишком большой была конкуренция.
С Катей Вадик дружил. Девушка вышла замуж за учителя истории, с которым познакомилась тут же, в библиотеке. Вадику не хотелось признавать, но в день её свадьбы он был печален сверх обычного и весь день готовил, чтобы хоть как-то полегчало.
— Ты же понимаешь… — сказала Катя.
Он понимал. Она не могла ждать его вечно. Они сразу договорились быть друзьями. Она не могла позвать его на свадьбу — это сильно отвлекало бы невесту от её прямых обязанностей.
— Понимаю. — ответил Вадик.
Подарок он сделал. Деньгами — так было лучше всего. Зарплаты что у учителей, что у библиотекарей, в те годы, в провинции, были смешными.
Мишка рос и радовал успехами. Он умудрялся хорошо учиться и при этом серьёзно занимался футболом. Приехав с очередных сборов, сынок заявил:
— Мам, пап, приедет тренер из Москвы. Будет меня забирать. Вам нужно подписать бумаги.
— Не поздновато? Тебе уже четырнадцать. — усомнился Вадик.
Наташа уже убежала с телефоном в кухню, то ли хвастаться кому-то, то ли жаловаться.
— Не поздно, пап. Я просто раньше хуже играл, а потом взялся за ум. Хочу чего-то добиться. Кстати, и тебе ведь не поздно.
— Что? — не понял Вадик.
— Да брось, пап. Я же не дурак. И не слепой. Ты живёшь не так, как хочешь. Не свою жизнь. Живи свою. Не поздно.
Вадик чуть не разрыдался. Он обнял Мишку и прижал к себе. Оставалось понять, как именно он хочет жить. Пока не поздно.
Бумаги были подписаны, сын уехал в футбольную академию. А Вадик заявил Наташе:
— Как понять, ты поедешь? А я? — обалдело спросила Наташа. — Я думала, мы вместе съездим, проведаем Мишу.
