-Станет — будем решать. Ну, хочешь, перевезем твоих родителей сюда? Купим квартиру не слишком близко, но удобно, и пусть живут.
-Мама сказала: Москва — ни за что! Я всегда буду там чужая. Дома она начальник, Дим. А что ей тут?
Через некоторое время Светлана предприняла вторую успешную попытку похищения Нади. И Артема. Дима чуть не завыл на луну, когда вернулся с работы — она как раз вышла на небо. Яркая. Круглая. Да что ж это…
Снова телефонные разговор. Снова похищение наоборот. Дима посадил жену в кресло и ходил из угла в угол. Она сидела в кресле, поникшая.
-Ты скажи, любишь меня?
-Разве так можно? Это же мама…
-Детка, я не претендую на место твоей мамы. Это она что-то перепутала. Я хочу, чтобы мы жили своей семьей. Я даже готов помочь им перебраться в Москву.
-Они не хотят, я понял! А что ты мне прикажешь делать? Я хочу спокойно жить со своей женой?
-Дим, а мы не можем вернуться домой?
-Милая, я — деловой человек. Не можем уже. Причем, нам тут хорошо. Ну хорошо же?
Надя кивнула и выдавила улыбку. Теща не отстанет, понял Дима.
И через несколько месяцев снова похищение. Когда он был на работе. Дима решил снова дать им время. Но тут позвонила тёща:
-Довыделывался? Надя подала на развод! — ехидно сказала она.
-Что?! — Дима не поверил своим ушам.
-Да-да. Подала. Будешь знать, как моего ребенка отнимать и увозить!
Дима долго сидел и смотрел в одну точку. В это время в Екатеринбурге Светлана капала Наде на мозг:
-Мы его дожмем! Сдрейфит! Не выдержит! Даст задний ход! Все получится, не сомневайся. Вернется домой как миленький. Развода точно испугается!
Надя смотрела в темноту за окном и кивала, как кукла. Да, мама. Конечно, мама. Страшно как… быть заложницей… чего? Кого? Собственной матери? Ужасно…
Дима не звонил. Она позвонила сама с утра. Мать ушла на работу. Отец, наверное, тоже. Надя позвонила Диме сама:
-Да? — холодно ответил он.
-Дима, я всё заберу! — провыла Надя в страхе. — Я заберу заявление!
-Ну зачем же? — также холодно спросил он. — Подала так подала. Слышала поговорку? Умерла так умерла.
-Дима! — горячо воскликнула Надя.
И тут почувствовала, что в комнате кто-то есть. Она повернулась и увидела мать. Та стояла в пальто и в шапке на пороге гостиной. Увидев, что ее заметили, Светлана заголосила:
-Ох, мамочки! Что-то плохо мне… что-то совсем нехорошо. Надя… скорую!
-Кажется, тебе пора. — не меняя тона, вежливо сказал Дима.
Надя осталась жить с родителями. Вернулась в институтскую библиотеку. Дима поговорил с ней на тему общения отца и сына (его и Артема):
-Не хочу с тобой по-плохому. Но если попытаешься мешать, Тёму я отберу. Все деньги потрачу, но отберу!
Надя не стала чинить препятствий к общению Димы с сыном. Он забирает его в любое время на сколько хочет.
Они развелись. Дима и слышать не захотел о том, что Надя заберет заявление. Он понял, что эта битва не закончится, если он не закончит её сам. Дима деловой человек. Он может это сделать, даже если больно. Очень больно.
