— Он-то сбежал уже, — махнул рукой Семен, — у него родичи в ближнем зарубежье. Денег прислали, он на самолет, и гори оно все синим пламенем.
— Тебя, стало быть, бросил? Хорош гусь!
— Дед, когда такие люди угрожают, друзей не бывает. Своя шкура дороже!
— А ты, значит, у меня решил отсидеться? — проговорил Борисович.
— Дед, меня и тут найдут. Тикать мне надо!
— К родителям под пальмы подашься? — грустно спросил Борисович.
То, что дети — отрезанный ломоть, Захар Борисович принял давно. А вот внука отпускать не хотел. Любил.
— Мне папашка с мамашкой сказали, сам завяз, сам и выбирайся. Ни копейки не пришлют, ни приглашение не сделают, — опустив голову, проговорил Семен. — Дед, мне бежать надо!
— Ну, беги, коли надо, — проговорил Борисович, — только я тебя не учил от проблем бегать.
— Деда, тут не убежишь — в землю ляжешь, — пробормотал Семен, — такой долг назначили, что вовек не расплатиться.
— А от меня ты чего хочешь?
— Дед, дай денег! — Семен поднял глаза полные слез. — Жизнь с нуля в новом месте начинать…
— Денег… — повторил Борисович, кивая головой.
***
Уехал Семен на следующее утро и увез всю наличность, что нашлась у Борисовича. Даже гробовые. Поспешно уехал, как тать до первого света.
— Эх-хе, — провожая взглядом машину внука, вздохнул Борисович, — тепереча и не свидимся…
— Борисыч, чего ты в печали на дороге? — окликнул его из-за своей калитки сосед, Кузьмич. — Собрался куда?
— Да-а… — Борисович махнул рукой.
— Показалось, или Семен приезжал?
— Приехал — уехал. Молодой да быстрый. Сегодня тут, а завтра за тридевять земель.
— Это да, молодые все шустрые, — Кузьмич приоткрыл калитку и облокотился о столб, — это нам до магазина и обратно, считай, кругосветка.
— Эх-хе, — вздохнул Борисович.
— Я чего хотел сказать, — Кузьмич хлопнул себя по лбу, — а покупай у меня кур! Осточертели, сил нет. А тащить на рынок — никакого желания. А так я их тебе через забор покидаю! А?
— Денег нет, — сурово буркнул Борисович, направляясь к своей калитке.
— Как нет? — удивился Кузьмич. — Ты ж у нас зажиточный помещик!
— А вот так! — огрызнулся Борисович. — Налетела конница и вымела закрома подчистую!
— Семен, что ли?
Борисович лишь махнул рукой.
— А я тебе все одно их покидаю! — решил Кузьмич. — Свои люди — сочтемся!
***
Через неделю перед воротами Захара Борисовича притормозил автомобиль Семена.
— Внучок! — прокричал он и рванул к калитке.
Но Семена за ней не было. Стояла женщина с ребенком на руках, а еще двое ребят жались к ней сзади.
— Здравствуйте, — оторопел Борисович. — А вы кто? И почему вы на машине Семена? Сема сам где? — начал он засыпать вопросами.
— Меня зовут Полина, — тихо произнесла женщина, — а вы знаете, где Семен?
— Я думал, это он вернулся.
— Он два дня назад приехал, собрал свои документы, машину кинул под окнами и исчез. Я и вас-то нашла, потому что в навигаторе маршрут остался.
