— О, тёща приехала, — он картинно развёл руками, от него разило алкоголем. — А что случилось-то?
— Что случилось? — Маргарита Степановна поднялась с кресла, бережно перекладывая внука на диван. — Твоя жена с температурой под сорок ухаживает за ребёнком, вот что случилось! Скорая приезжала! А ты где был?
Дмитрий сделал виноватое лицо:
— Марин, ты же не сказала, что всё так серьёзно. Я бы сразу примчался! — он попытался обнять жену, но та отстранилась.
— Я звонила тебе четыре раза, — голос Марины был непривычно твердым, несмотря на слабость. — И сказала про температуру.
— Ну было шумно, я не расслышал… Антон, знаешь, как гулять умеет — весь бар на уши поставил! — Дмитрий попытался перевести всё в шутку. — Я же не знал, что тут скорая.
Марина молча отвернулась к стене, чувствуя, как внутри что-то окончательно надломилось. Всю ночь она лежала с открытыми глазами, пересматривая свою жизнь с Дмитрием. Вдруг с ясностью, которую дает только болезнь, она увидела всю картину их брака: её вечные уступки, его постоянное пренебрежение, детские отговорки и взрослый эгоизм.
Утром, когда Маргарита Степановна кормила Максима, а Дмитрий, держась за голову, пил кофе на кухне, Марина вышла к ним, кутаясь в плед.
— Я подаю на развод, — произнесла она спокойно, садясь напротив мужа.
— Ты что, с ума сошла? Из-за одного вечера такие выводы?
— Не из-за одного, — Марина говорила тихо, но решительно. — Из-за сотни таких вечеров. Из-за того, что я не могу рассчитывать на тебя даже когда мне плохо. Из-за того, что для тебя всегда найдётся что-то важнее семьи.
— Это всё твоя мать настроила! — Дмитрий перешёл в наступление. — Всегда меня недолюбливала!
— Не вмешивай сюда мою маму, — Марина поднялась. — Она приехала ночью спасать свою дочь, пока её муж развлекался в баре.
— Хорошо, — Дмитрий сменил тактику. — Я был не прав, признаю. Но разводиться из-за этого? У нас же ребёнок!
— Именно поэтому я и развожусь, — Марина посмотрела на сына, увлечённо размазывающего кашу. — Не хочу, чтобы он вырос с примером такого отца. Отца, который не придёт на помощь даже в критической ситуации.
Маргарита Степановна молчала, но в глазах её читалось одобрение. Она давно видела, что зять не стоит её дочери, но предпочитала не вмешиваться.
— Мне звонил Антон вчера, — вдруг сказала Марина. — Когда ты не отвечал. Хотел узнать, всё ли у тебя в порядке, сказал, что ты ушёл из бара с какой-то девушкой.
Это была ложь, никто не звонил. Но Марина увидела, как изменилось лицо Дмитрия, как он отвёл глаза — и поняла, что попала в точку.
— Господи, ты ещё и изменяешь, — она не спрашивала, а утверждала. — Я даже проверять не буду. Мне уже всё равно.
Дмитрий вскочил и начал оправдываться, но его слова уже не достигали Марины. Она смотрела на него как на чужого человека, удивляясь, что когда-то связала с ним свою жизнь.
