Через неделю, когда Марина оправилась от гриппа, она подала заявление на развод и обратилась к адвокату насчёт алиментов. Дмитрий съехал к родителям, обещая одуматься и исправиться. Но Марина больше не верила обещаниям.
В тот же день позвонил Антон.
— Марин, извини, что вмешиваюсь, — голос звучал виновато. — Дима сказал, что вы разводитесь. Это из-за мальчишника?
— Не только, Антон, — ответила она. — Кстати, поздравляю с женитьбой. Как прошло?
— Не прошло, — он невесело усмехнулся. — Невеста отменила свадьбу. Узнала, что я… в общем, не сдержал обещание верности.
Марина невольно улыбнулась горькой иронии. Дружки оказались достойны друг друга.
— Понимаешь, — продолжил Антон, — мы с Димкой как-то всегда считали, что нам всё сойдёт с рук. Что можно гулять, веселиться, а дома будет ждать понимающая женщина. А оказалось, что так не бывает.
— Не бывает, — согласилась Марина. — По крайней мере, не со мной.
В тот вечер, укладывая Максима, она впервые за долгое время почувствовала покой. Её мать хлопотала на кухне, готовя ужин — они решили пожить вместе, пока не уладятся формальности с разводом и алиментами.
«Ты справишься. Ты сильная,» — сказала ей мать, когда они сидели за чаем. «И помни: иногда любить себя — это уйти от того, кто причиняет боль.»
Марина кивнула и прислушалась к ощущениям внутри. Да, было больно и страшно начинать новую жизнь. Но вместе с тем пришло чувство достоинства и свободы. Она больше не будет подстраиваться под равнодушие мужчины, не будет просить о помощи того, кто не хочет её оказывать.
Максим сопел в своей кроватке, а за окном начинался снегопад — первый в этом году. Марина смотрела на падающие хлопья и понимала, что впереди — новая жизнь, полная сложностей, но и новых возможностей тоже. И она была готова к этой жизни.
— Думаешь, я правильно сделала? — спросила она у матери.
— А ты как думаешь? — Маргарита Степановна положила руку на плечо дочери.
— Думаю, что нельзя оставаться там, где тебя не ценят, — твёрдо сказала Марина. — Даже если это называется семьёй.
Через полгода, когда развод был оформлен, а Дмитрий стабильно платил алименты (не без помощи хорошего адвоката), Марина встретила Антона в супермаркете. Он катил тележку с продуктами и выглядел осунувшимся.
— Как ты? — спросил он неловко.
— Хорошо, — Марина улыбнулась, и это была искренняя улыбка. — Правда хорошо. А ты как?
— Дима… — Антон запнулся. — В общем, он пьёт сильно. Считает, что ты его предала, бросила без причины.
Марина покачала головой:
— Видишь ли, Антон, у каждого своя правда. Для меня терпеть равнодушие — значит не уважать себя. А это слишком высокая цена за отношения.
Она попрощалась и пошла дальше, чувствуя взгляд Антона в спину. Что-то подсказывало ей, что этот разговор дойдёт до Дмитрия, и, может быть, заставит его задуматься. Хотя… это уже не её забота.
Вечером она сидела на детской площадке, наблюдая, как Максим неуверенно топает по песку, держась за руку бабушки. Её телефон пискнул — пришло сообщение от Дмитрия: «Можно увидеться? Поговорить надо.»
