Марина, всхлипывая, закатала рукав кофты. На бледной коже отчетливо виднелись желтоватые следы побоев.
«Господи…» — выдохнула Алина. «Почему ты мне раньше не сказал?»
«А ты бы стала слушать?» — устало спросил муж. «Ты же сразу — моя квартира, мои правила… Даже не спросила, что случилось».
Алина молча отошла в сторону, пропуская Марину с ребенком в квартиру. Что она могла сказать? Все ее аргументы о личном пространстве и комфорте вдруг показались такими мелочными на фоне реальной человеческой беды.
«Кабинет пока можете занять», — наконец произнесла она. «Там диван раскладывается…»
Антошка оказался именно таким, как Алина и представляла — шумным, активным и совершенно неуправляемым. Уже к обеду следующего дня ее идеальная квартира напоминала поле боя: игрушки были разбросаны по всей гостиной, на новых обоях красовался «художественный этюд» фломастерами, а на кухне громоздилась гора немытой посуды.
«Марина, может ты хотя бы посуду помоешь?» — не выдержала Алина, глядя на очередную порцию грязных тарелок. «И Антошку надо как-то занять, он же весь ремонт портит! Я еще даже за обои не расплатилась…»
«Ой, извини!» — спохватилась Марина. «Я сейчас, только Антошку успокою. Он что-то капризничает… Наверное, новое место, стресс…»
«Он капризничает уже третий час», — процедила сквозь зубы Алина. «И за это время можно было десять раз посуду перемыть. А ты только ходишь за ним и причитаешь!»
«Ну не начинай», — вмешался Дмитрий, входя на кухню. «Ты же видишь — сестре тяжело. Она еще не отошла от всего этого кошмара. У нее депрессия».
«А у меня что, праздник? Это моя квартира превращается в детский сад! Мои обои испорчены! Моя посуда грязная! И вообще, почему я должна терпеть этот бардак?»
«Хватит!» — рявкнул Дмитрий. «Достала уже со своим „моё“! Ты на себя в зеркало давно смотрела? Превратилась в злобную мегеру, которой только вещи дороги! Где твое сострадание? Где человечность?»
«Человечность?» — задохнулась от возмущения Алина. «А где была твоя человечность, когда я просила помощи с ипотекой? Когда на трех работах пахала? Тогда ты мне говорил — сама решила квартиру покупать, сама и справляйся!»
Их перепалку прервал грохот из гостиной. Антошка, пока мама пыталась его успокоить, добрался до книжного шкафа и теперь сидел среди разбросанных книг, радостно раздирая страницы семейного фотоальбома.
«Господи, мои фотографии!» — вскрикнула Алина, бросаясь к ребенку. «Там же свадебные снимки, фотографии родителей!»
«Не смей кричать на него!» — Марина подскочила как ужаленная, хватая сына на руки. «Он же маленький, не понимает! Это просто альбом, новый купишь!»
«Просто альбом? Там вся моя жизнь! А ты… ты даже извиниться не можешь нормально!»
Прошла неделя. Алина возвращалась с работы все позже, стараясь минимально пересекаться с новыми жильцами. Но однажды, открыв дверь своим ключом, она застыла на пороге — в воздухе стоял густой запах табачного дыма и алкоголя.
«Какого черта здесь происходит?» — выдохнула она, влетая в гостиную.
