На следующий день, рано утром, она налила себе крепкого чая и решила поговорить с мужем перед работой.
— Вадим, нам надо поговорить. И желательно — сегодня.
— Да. Твоя мама устроила у меня филиал социальной помощи нуждающимся. Если она и дальше будет бесплатно водить своих подруг в мою пекарню, я приму меры.
— Да? Я не знал, честное слово.
— Мне без разницы знал ты или нет. Мать твоя, вот ты с ней и поговори. Иначе я перестану пускать их внутрь. Я и так сейчас выручаю гроши. Мне надо как-то установиться на новом месте, платить аренду в конце концов. Или твоя мама таким изощренным способом решила показать, что у меня ничего не получится?
На следующее утро, пока Марина ехала в пекарню, она набрала номер мамы.
— Доброе утро… Мам, слушай, мне нужна твоя помощь. Тут… мать Вадима разошлась не на шутку. Уже неделю по очереди водит в пекарню всех своих подруг за выпечкой. Только вот не платит. Совсем.
— Как это не платит? — строго спросила Ольга Анатольевна. — Серьезно?
— Абсолютно. Каждый день — новая «гостья», и каждый день минус заработок из кассы. Позавчера — Татьяна, вчера — Римма, сегодня, думаю, что будет кто-то новый.
— Сегодня не будет, — резко оборвала дочь Ольга Анатольевна. — Скажи, во сколько они обычно приходят?
— Где-то к десяти утра. Как по расписанию.
— Отлично. Я тоже зайду в это время. Посмотрим, что она будет делать при мне.
Ровно в десять утра дверь пекарни вновь распахнулась. И как по сценарию, на пороге появилась Нина Аркадьевна, под ручку с Валей — да-да, снова с Валей. Видимо, подруги у нее закончились.
— Ну, Мариша, мы снова к тебе! Булочек твоих захотелось, да, Валюша? — громко, чтобы слышали все клиенты, прокричала свекровь, не замечая, как у Марины напряглась спина.
— А как же, — поддакнула Валя. — Твои пироги такие мягкие… И кексики улетали только так! Мой муж сказал, что надо каждый день их покупать.
Марина уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут за их спинами раздался холодный, твердый голос:
— Как неожиданно! И вы тут, Нина Аркадьевна.
Все повернулись. В дверях стояла Ольга Анатольевна. В строгом пальто, с черной сумкой и холодной решимостью на лице.
— О, Олечка Анатольевна! — растерянно замахала руками Нина Аркадьевна. — И ты здесь! Какая приятная встреча. Мы вот решили поддержать бизнес своей дочери. Мы ж теперь родня, как-никак.
— Ммм… понятно. Ну, что посоветуете? — вскинула брови Ольга Анатольевна, а Марина еле держалась, лишь бы не прыснуть от смеха.
— Батон просто прелесть! Булочки вот эти, с творогом тоже! — нахваливала свекровь.
— Ну вот их мне, доченька, и заверни с собой. А то сегодня на обед ничего не взяла, — мать обратилась к Марине, а после снова повернулась к Нине Аркадьевне. — А вы что будете брать? Уже выбрали?
— Да, мы вот тут понемножку, — она показала на пакет у кассы, который был до верху набит выпечкой.
— Ну раз вы уже все, тогда платите первыми, — Ольга Анатольевна сделала шаг назад, пропуская вперед женщин.
— Платить? — Нина Аркадьевна смутилась. — Да, конечно. Сейчас мы заплатим.
