— Потому что я хочу супа! — жестко ответил Семен. — Это ты у нас придумала, что суп это не еда! А я люблю суп! Всегда в столовой беру! Но я и дома хочу есть суп! А еще борщ, рассольник, окрошку, холодник, щи! Вот сколько всяких супов есть, а ты ни один не готовишь!
— Если тебе жидкость нужна, так пей воду из-под крана! — обиделась Галя. — То же самое!
— Все, — Семен отмахнулся, — уйди отсюда! Я хочу суп, я варю суп, и я буду есть суп! И мне будет вкусно! А ты, если тебя жаба душит, можешь лопать свой рис! Видеть его уже не могу! И картошку с макаронами тоже!
— Кухню потом сам отмывать будешь, — проговорила Галя, покрутив пальцем у виска, — кулинар-экстремал!
***
— Галя, а что с Семеном случилось? — обеспокоенный голос матери вырвал Галю из привычного ритма работы.
— Ничего, вроде, — растерянно ответила Галя. — А что?
— Я позвонила ему, как обычно, что позвать на огород, а он мне такое выдал! — Вера Михайловна заохала. — Представляешь? Сказал, чтобы я взяла канистру солярки, полила ею огород и сожгла там все к его, видимо, матери!
— Странно, — Галя растерялась еще больше, — он всегда любил у тебя на участке поковыряться. Что на него нашло?
— Вот и я спрашиваю, что?
— Мам, может ему это надоело? — предположила Галя. — Моложе он не становится.
— Может и так, — проговорила Вера Михайловна, — только неприветливым он был еще до того, как я про огород заговорила.
Я же сначала его в гости позвала! С тобой, с детишками! А он мне говорит, видал он нас всех, то есть и тебя с детьми… ну, как сказать… Короче, что-то с ним не так! — заключила Вера Михайловна.
— Действительно, совсем на него не похоже, — Галя задумалась. — Может, просто настроения не было, или на работе ему нервы подняли. Мам, ты не дергайся, я с ним потом поговорю!
Галя пообещала, но, окунувшись в рутину, совершенно забыла.
***
— Галя, хватит пилить Семена! — «любимая» свекровь сразу начала с наезда. — Он сам не свой ходит!
— Не трогала я его, — испуганно ответила Галя, — мы только по вечерам пересекаемся. Да и тихо у нас. Спокойно все…
— Не смей мне врать! — прикрикнула Анна Егоровна. — Я своего сыночка хорошо знаю! И ведет он себя сейчас, будто камень у него на душе!
Ты, наверное, со своим бизнесом ему мозги проедаешь, что он зарплатой до твоих ба.ндитских доходов не дотягивается?
— Во-первых: а почему это ба.ндитских? Я честная женщина, честно работаю, да и не такие у меня доходы, чтобы ими Семена ущемлять!
Нет, ну, побольше, чем он зарабатывает на заводе, но не настолько.
И, во-вторых: я ему слова не говорила ни о его работе, ни о его зарплате! И бюджет у нас общий!
— Значит, ты его как-то иначе обижаешь! — стояла на своем Анна Егоровна. — Так ты это дело прекращай! Ты не смотри, что я старая, я как приеду, да как вырву тебе твои три волосины, будешь голубей лысиной смущать!
