— Слушай, а почему бы тебе не дать ей отпор? По-настоящему?
— Как? — Ну, начни жить так, как хочешь ты. Не обращай на неё внимания. В конце концов, это твоя квартира тоже.
Вечером я вернулась домой с новой решимостью. На пороге меня встретила свекровь.
— Где ты шлялась? Ужин остыл!
— Была на работе, — спокойно ответила я, проходя мимо неё.
— На работе до восьми вечера?
— Да. У нас проект срочный.
Я прошла на кухню. На столе стояла тарелка с какой-то бурой жижей.
— Рагу. Полезное, диетическое. Тебе не помешает похудеть.
Я молча взяла тарелку и вылила содержимое в мусорное ведро.
— Ты что делаешь?! — взвизгнула Галина Петровна.
— Не хочу это есть. Закажу пиццу.
— Андрей! — закричала она. — Иди сюда, посмотри, что твоя жена вытворяет!
Андрей появился в дверях, усталый после работы.
— Она выбросила ужин, который я готовила три часа!
— Я не хочу есть то, что мне не нравится, в собственном доме.
— Но мама старалась…
— Я не просила её стараться.
Следующие дни превратились в настоящую войну. Свекровь жаловалась Андрею на каждый мой шаг, а я демонстративно игнорировала все её правила и замечания. Купила новые подушки взамен выброшенных. Снова повесила свои шторы. Завела новые кактусы.
— Ты специально меня провоцируешь! — кричала Галина Петровна.
— Я живу в своём доме так, как хочу.
Но Андрей молчал. Он устал от этой войны не меньше нашего. Приходил с работы всё позже, на выходных находил предлоги уйти из дома.
Кульминация наступила через месяц. Я вернулась домой раньше обычного из-за отменённого совещания. Ключ в замке не поворачивался. Присмотревшись, я поняла — замок поменяли.
— Почему я не могу попасть домой?
— Что? Как не можешь?
— Замок новый. Твоя мать поменяла?
— Я… я не знаю. Сейчас позвоню ей.
Через пять минут он перезвонил.
— Мама говорит, это для безопасности. Она даст тебе ключ, когда придёт.
— Когда придёт? А сейчас где она?
— У подруги. Вернётся к вечеру.
— То есть я должна сидеть на лестнице и ждать, пока твоя мать соизволит пустить меня в мою же квартиру?
— Лар, не драматизируй. Посиди в кафе пока.
Я сбросила вызов. Не драматизировать? Меня выгнали из собственного дома!
Вместо кафе я поехала к родителям. Мама открыла дверь и сразу поняла — что-то случилось.
— Ларочка, что с тобой?
Я рассказала всё. Отец слушал молча, но я видела, как сжимаются его кулаки.
— Переезжай к нам, — сказала мама. — Нечего тебе там мучиться.
— Это значит сдаться. Признать, что она победила.
— Доченька, — отец положил руку мне на плечо, — иногда нужно отступить, чтобы победить. Ты поживёшь у нас, а муж твой пусть подумает, что для него важнее — мать или жена.
— Я переезжаю к родителям.
— Что? Лара, не глупи!
— Когда решишь, с кем ты хочешь жить — со мной или с мамой, позвонишь.
Первую неделю Андрей названивал постоянно. Я не отвечала. Потом пришёл к моим родителям. Отец не пустил его дальше порога.
— Хочешь поговорить с женой — реши сначала вопрос с матерью.
— Но как я могу выгнать родную мать?
— А жену выгнать можно?
— Нет? А кто позволил матери менять замки?
