Дверь напротив приоткрылась шире, и выглянула Людмила Васильевна — соседка, которая всегда всё знала обо всех.
— Девочки, что случилось? — спросила она с плохо скрытым любопытством.
— Да вот, — Нина Павловна тут же повернулась к новому зрителю, — невестка моя объявилась. Три месяца где-то шлялась, а теперь в квартиру ломится. Мы с Павликом замок поменяли, чтобы она тут не хозяйничала!
— Это моя квартира! — не выдержала Татьяна. — Я имею право!
— Право она имеет! — взвизгнула свекровь. — А обязанности где? Где забота о муже? Где семья? Сбежала к своей подружке, небось с мужиками там развлекается, а Павлик мой извёлся весь!
Татьяна почувствовала, как к горлу подступает ком. Она не развлекалась. Она жила у подруги Оли в крохотной комнатке, спала на раскладушке и каждый вечер плакала в подушку. Плакала от обиды, от усталости, от того, что десять лет своей жизни потратила на человека, который так и не смог отделиться от мамы.
— Павел! — она снова набрала номер. — Павел, я знаю, что ты дома! Выйди и поговори со мной!
На этот раз трубку взяли. Но голос, раздавшийся в динамике, принадлежал не Павлу.
— Алло? — это была Нина Павловна. Она стояла прямо перед Татьяной, но говорила в трубку сына. — Кто это? А, Татьяна? Павлик спит. Он выпил успокоительное. Не надо его беспокоить.
— Не дам. Он не хочет с тобой разговаривать. Он всё понял. Ты его предала, бросила. Теперь поздно что-то исправлять.
Татьяна отключила звонок. Бесполезно. Она посмотрела на Людмилу Васильевну, которая с интересом наблюдала за представлением.
— Людмила Васильевна, вы же видели, как я тут жила все эти годы. Это моя квартира, я её купила…
— Ну, милая, это ваши семейные дела, — соседка попятилась. — Разбирайтесь сами.
И скрылась за дверью. Татьяна осталась одна против своей свекрови.
— Уходи, — сказала Нина Павловна. — Нечего тебе тут делать. Павлик подаст на развод, квартиру поделят, получишь свою половину и катись. А пока — живи где хочешь.
— Половину? — Татьяна не поверила своим ушам. — Половину моей квартиры, которую я купила на свои деньги?
— А ты докажи, что на свои! — свекровь победоносно улыбнулась. — Вы же в браке были. Всё пополам. Да и Павлик в неё вложился — ремонт делал.
Ремонт. Татьяна помнила этот ремонт. Павел клеил обои в спальне, криво и с пузырями. Потом обиделся, что она переклеила. Больше он к ремонту не притрагивался, зато Нина Павловна теперь утверждала, что сыночка вложился.
— Я сейчас вызову слесаря, — Татьяна достала телефон. — Он вскроет замок.
— Вскроет? — свекровь схватила её за руку. — Ты что, взлом планируешь? Я полицию вызову! Скажу, что чужая женщина в квартиру ломится!
— Я не чужая! У меня паспорт с пропиской!
— А у меня свидетели, что ты три месяца тут не жила! Бросила мужа и квартиру! Суд на моей стороне будет!
