Марина поселилась у Ольги в маленькой однокомнатной квартире. Подруга не задавала лишних вопросов, просто обняла и сказала:
— Оставайся, сколько нужно.
Первые дни прошли в каком-то тумане. Марина ходила на работу, возвращалась, ела, спала. Телефон разрывался от звонков Дмитрия — она не отвечала. Потом он начал писать длинные сообщения, убеждая вернуться, обещая, что всё изменится. Она читала их и удаляла.
— Ты уверена в своём решении? — однажды вечером спросила Ольга.
Они сидели на кухне, пили чай.
— Не знаю, — честно ответила Марина. — Я люблю его, Оль. Но я больше не могу жить в том аду.
— А если он действительно изменится?
— Пять лет он обещал изменить ситуацию. Ничего не изменилось. Он так и не понял, что я задыхалась там.
— Может, сейчас поймёт, — тихо сказала Ольга.
Марина посмотрела в окно. За стеклом падал первый снег.
— Может быть. Но поймёт ли вовремя?
Дмитрий не ожидал, что жизнь без Марины окажется такой… пустой. Первую неделю он злился. Как она посмела просто взять и уйти? Не обсудить, не поговорить нормально — просто ушла!
Мать постоянно подливала масла в огонь:
— Видишь, какая оказалась? При первой трудности сбежала. Хорошо, что дети не успели родиться, а то бы ещё и их бросила.
Но чем больше времени проходило, тем отчётливее Дмитрий понимал: что-то здесь не так. Дом стал неуютным. Мать постоянно жаловалась, причитала, обсуждала Марину. Раньше жена всё это на себя принимала, а теперь весь удар приходился на него.
— Дима, принеси это, — просила мать.
— Дима, помоги с тем.
— Дима, сходи в магазин.
Он работал, приходил домой усталый, а его ждала не тихая квартира и любящая жена, а встревоженная мать с новыми просьбами и жалобами.
Через две недели Дмитрий начал замечать мелочи. Марина всегда клала его вещи на место. Марина готовила те блюда, которые он любил. Марина следила, чтобы его рубашки были выглажены. Мать тоже пыталась о нём заботиться, но это было совсем другое. В её заботе не было того тепла, той нежности.
— Ты опять в этом костюме? — говорила Тамара Петровна. — Я же постирала синий, носи его.
— Мама, мне нравится этот.
— Марина тебя избаловала, вот что. Дала волю, теперь сам не знаешь, чего хочешь.
Дмитрий вдруг осознал: мать постоянно говорила о Марине. В каждой фразе, в каждом замечании. Как будто жена всё ещё была здесь, но в негативном контексте.
— Марина всегда клала соль не на место.
— Марина неправильно готовила.
— Марина не умела вести хозяйство.
Но ведь это была неправда. Марина прекрасно всё делала. Просто мать всегда находила к чему придраться.
Ночью Дмитрий лежал без сна и вспоминал. Как Марина улыбалась по утрам. Как они смеялись над глупыми фильмами. Как она гладила его по голове, когда у него был тяжёлый день. Всё это исчезло, и он вдруг понял: он сам всё разрушил.
Третья неделя без Марины стала переломной. Дмитрий пришёл с работы и увидел, как мать снова ругает несуществующую невестку:
— Вот Марина бы точно неправильно сделала, хорошо, что её нет…
— Хватит! — крикнул он так громко, что сам испугался.
