— Почему отказываетесь от уколов? Чтобы была причина снова на меня в суд подать?
Мужчина открыл глаза, глянул на Лидию и снова прикрыл их.
— Выйдите все. Мне нужно поговорить с ней, — сказал он сдавленным голосом, но громко, чтобы все расслышали.
Никто не шевельнулся. Приступ стихал, поэтому Соколов повторил боле спокойно:
— Пожалуйста, оставьте нас.
— Сначала медсестра сделает вам обезболивающее, потом поговорим. — Лидия оглянулась на Веру, стоявшую чуть поодаль, кивнула ей.
— Кто может ходить, выйдите, пожалуйста, — обратилась она к пациентам.
Те, нехотя, встали с кроватей, шаркая разношенными тапками, пошли к выходу, перешёптываясь. Вошла Вера и сделала укол присмиревшему Соколову. Выходя, оглянулась от двери. В глазах застыл вопрос: «Может, хоть я останусь? Мало ли что…»
Лидия отрицательно мотнула головой. Вскоре в плате остались только Соколов и Лидия Владимировна Старостина, главный врач больницы. Она перевела взгляд от закрывшейся за Верой двери на мужчину.
— Меньше всего на свете хотел попасть в вашу больницу. Лучше умереть дома. Да соседка вызвала «скорую».
— Не говорите глупостей. Вашей жизни ничто не угрожает. — Лидия старалась выглядеть уверенной и спокойной под колким, пронизывающим взглядом Соколова.
— Я хотел попросить у вас прощение, что обвинял в смерти жены, проверку вызвал. — Он снова скривился, вывернул кулаки с зажатым в них одеялом.
— Ы-ы-ы, — простонал протяжно Соколов.
— Потерпите, сейчас станет легче.
— Не станет, пока не простите меня. Я не знал, что делаю. Когда Лиза умерла, я с катушек слетел. Обвинял всех в её смерти. Она всё говорила, что пройдёт, я верил ей, а надо было в областной центр её везти. Сейчас понимаю, вы ничем не могли ей помочь, но тогда… Хотел напугать вас.
Лидия не знала, что сказать. А он ждал, смотрел на неё с мольбой, но твёрдо.
— Напугали. Очень. Вы хотели этим вернуть жену? Мне отомстить за её смерть? А почему вы убежали, когда спасли из пруда моего сына? Я даже думала, что вы причастны к случившемуся с ним.
— Я же сказал, что не в себе был, — повторил раздражённо Соколов.
— Напрасно думаете, что я не понимала вашей боли. Но врачи не боги, не всесильны. Мой муж погиб четыре года назад, спасая чужих детей. Помните пожар? Все газеты писали. Пьяный мужчина уснул с сигаретой. Его жена тоже была пьяная. Двое детей остались без присмотра.
Муж шёл с работы и увидел в окне горящего дома кричавшую и бьющую в стекло девочку. Он, не раздумывая, бросился в огонь. Спас девочку и её четырехлетнего брата, потерявшего сознание от дыма. Даже пьяную женщину вытолкнул в окно, а сам не успел выбраться. Крыша обвалилась. Так что я в полной мере испытала, что такое потерять любимого человека, отца своего единственного ребёнка. — Лидия замолчала, глядя в окно.
Ветер раскачивал верхушки деревьев, покрытой молодой листвой. По голубому небу плыли барашки облаков, светило солнце и, наверное, одуряющее пахло черёмухой.
— Простите, я не знал, вернее не знал, что это ваш муж погиб тогда. Я думал…
