Взаимная неприязнь Оксаны и Полины росла с каждым днём. Они сторонились друг друга, почти не разговаривали, когда оставались вдвоём. Полина делала уроки или играла в планшете. Оксана уединялась на кухне. В ней нарастало возмущение. Почему девочка появилась в их жизни имено сейчас, когда она, наконец, забеременела? Что ж, пусть она живёт с ними, но любовь нужна её собственному ребёнку.
В субботу Никита с утра уехал в автомастерскую. Оксана приготовила обед, потом предложила Полине сходить погулят. Девочка послушно
пошла одеваться. Во дворе Полина стояла в стороне и не участвовала в играх других детей.
Оксана почувствовала подкатившую к горлу тошноту. Она отошла в сторонку, за голые кусты. А когда вернулась на детскую площадку, Полины во дворе не было. Все мамочки следили за своими детьми, никто ничего не видел. Оксана бегала по двору и звала Полину, но она как сквозь землю провалилась.
— Как ты могла оставить её одну? Где её искать? — кричал Никита, когда приехал после звонка Оксаны.
— Не кричи на меня! Я не обязана следить за твоей дочерью! Она же большая. Я отвернулась всего на одну минуту. Бери её в следующий раз с собой, — прокричала Оксана в ответ.
— Не ваша девочка? — К ним подошла женщин, ведя за руку Полину. — Где ты была? — накинулась на неё Оксана.
— Оксана, дай я, — остановил её Никита. — Где ты была? Почему ушла со двора? — Никита не кричал, но строго смотрел на Полину.
— Я… Мне показалось, что я увидела маму, пошла за ней. Но это оказалась не она, — спокойно ответила Полина.
— Нельзя уходить со двора. Тем более с чужими людьми, — не стерпела Полина. — А если бы с тобой случилось что-нибудь? Или сбила машина?
— Она была похожа на маму, — упрямо твердила Полина, на её глазах выступили слёзы.
— Не плачь. Мы переживали, искали тебя. Пойдемте домой, — сказал Никита спокойнее.
Оксана уже давно чувствовала тянущую боль в животе. Но сейчас она стала резкой, накатывающей приступами. Она прикусила губу, поднимаясь на третий этаж и держась за перила.
— Что с тобой? — заметил неладное Никита.
— Живот болит… — сквозь стиснутые зубы простонала Оксана.
Она поднялась на две ступени и согнулась пополам, вскрикнув от нового приступа боли.
— Вызови «скорую»… Ууу… — простонала Оксана.
Никита втащил её в квартиру, уложил на диван и вызвал «скорую». Испуганная Полина жалась к отцу. Оксана смутно помнила, как пришли врачи, как трогали её живот и о чём-то спрашивали.
— Нужно срочно в больницу. Угроза выкидыша. Семён, давай за носилками, а вы соберите всё необходимое, — сказал врач Никите.
— Какой выкидыш? — не понял Никита. — Оксана, ты беременная? Почему не сказала?
— Я хотела… Тогда ещё, но… — больше она не могла говорить.
Никита помог спустить носилки с женой вниз, они с Полиной поехали следом за «скорой», мчавшейся по городу с включенной сиреной. Потом они сидели в коридоре и ждали, казалось, целую вечность. Потом… Потом к ним вышел врач и сказал, что сожалеет, ребёнка спасти не удалось.
Никита забыл о Полине, бросился в палату.
