— Всё совпадает. Можно сделать тест ДНК, но я уверен, что Полина моя дочь. В любом случае, пока её бабушка в больнице она поживёт у нас. Других родственников у девочки нет, её мама погибла в аварии полгода назад. Оксан, давай поужинаем, потом я подробно всё расскажу. — Он поглядел на девочку, безучастно сидевшую рядом.
Оксана встала и пошла на кухню. В ней всё протестовало против того, что сказал муж. Но не выгонять же ребёнка на улицу. «Это ненадолго, всего на несколько дней. Это сон, это не может быть правдой». Никита с девочкой вошли в кухню и сели за стол. Оксана разложила мясо с картошкой по тарелкам. Сама она не притронулась к еде. Девочка ела картошку, отодвигая в сторону мясо.
— Не любишь мясо? — спросил её Никита. Девочка кивнула. — А что ты любишь?
— Макароны с сосисками, — ответила она, не поднимая глаз от тарелки.
— Ну извини. Твой папа не предупредил, что привезёт тебя, — резко сказала Оксана, выплеснув злость на Никиту и девочку.
Только пришла, а уже показывает характер, пигалица.
— А чай ты будешь? Или только компот и сок пьёшь? Извини, ни того ни другого нет, могу предложить только чай, — с сарказмом сказала Оксана, наливая в чашки чай.
— Оксана, прекрати, — прикрикнул на неё Никита.
Оксана поставила чайник на плиту и вышла из кухни. Она слышала, как они разговаривали, как в кои-то века Никита сам мыл посуду. Когда он вошёл в комнату, Оксана сидела на диване, сложив руки крестом на груди, и смотрела в ночное окно. Он сел рядом, попытался обнять, но Оксана оттолкнула его руку.
— Полине пора спать, — сказал Никита.
— Разложи диван. — Оксана встала и достала из шкафа постельное бельё.
Девочка стояла у стены и исподлобья следила за ними. Когда Полина легла, они с Никитой закрылись на кухне. Он рассказал об отношениях с матерью девочки.
— У нас всё закончилось до тебя. Я не видел её с тех пор. А сегодня её мать позвонила и сообщила о Полине.
— Но почему ты не предупредил меня, не позвонил? Ты сам всё решил, привёл её сюда. Моё мнение тебя не волнует? «У нас скоро будет свой ребёнок», — хотелось сказать ей, но Оксана промолчала.
— Оксан, я сам был в шоке. Ну не мог я её оставить одну. Бабушка смертельно больна. Ну что мне было делать? В детский дом сдать? Она моя дочь.
— Ты не знаешь этого наверняка, — еле сдержала крик Оксана.
— Я сделаю тест на отцовство. Пока она останется у нас, — сказал Никита твёрдо.
«Я так решил. Не нравится, решай сама…» — прочитала в его взгляде Оксана. Может, ему уже не нужен ребёнок, который растёт в ней?
Ночью она отвернулась от Никиты. Какие уж тут отношения, когда в соседней комнате спит чужая девочка, возможно, дочь Никиты. Хотелось реветь. Оксана чувствовала, что их жизнь с этого дня круто изменилась и ничего с этим не поделать.
