Как быстро пролетели несколько часов. Обычно, после того, как страсть была утолена, они лежали и разговаривали, строили планы. А сегодня так некстати уснули. Осталась какая-то недосказанность, незавершённость встречи.
Тусклый свет слабой лампочки из прихожей едва освещал комнату. Хлопнула дверь. Марта ушла. Олег сложил диван, убрал в ящик под ним простыни. Хозяйка квартиры их не трогала. Олег выпрямился, оглядел комнату, не осталось ли следов их пребывания здесь. Нет, всё чисто.
В тесной прихожей он быстро оделся, достал из кармана несколько приготовленных купюр (заранее снимал в банкомате с карточки) и положил на тумбочку. Щёлкнул выключателем и вышел за дверь.
Квартиру для встреч на пару-тройку часов он снимал у одинокой пожилой женщины. Идею и саму квартиру подкинул коллега с работы, когда-то тоже пользовавшийся ею.
К назначенному времени хозяйка уходила из квартиры. Он не интересовался, куда. Ей нужны деньги, им с Мартой — место для встреч.
Можно было снимать номер в гостинице. Но, во-первых, легко нарваться на знакомых, во-вторых, не хотелось ложиться на кровать, на которой до них побывало множество других пар.
Спускаясь по лестнице, Олег встретил женщину с полными сумками в руках. Он машинально поздоровался и бочком проскользнул мимо. Она не ответила. Чувствовал, как она сверлит подозрительными взглядов его спину.
В многоэтажном доме, где он жил с женой и дочкой, все здоровались, хотя он почти никого не знал. Так принято.
А здесь с незнакомцами не здоровались. Может, потому что жильцы пятиэтажки давно друг друга знают, незнакомый человек вызывает любопытство и подозрение. Старые люди вообще подозрительны.
Олег сел в машину и посмотрел на Марту.
В темноте салона он не смог разобрать выражения её лица.
— Может быть, ты прав. Поговорить, покончить с этим враньём раз и навсегда. Нам так хорошо вместе. А где мы будем жить? Ну, если вдруг решим не расставаться.
Наверное, недосказанность тоже угнетала её.
— Придумаем что-нибудь. Снимем квартиру на первое время.
— Как эту? — голос Марты дрогнул.
Он не ответил, смотрел перед собой, выезжая со двора. На окраине пробок не было, они начались ближе к центру города. Не доезжая до дома Марты, Олег остановил машину. Она подалась навстречу ему для поцелуя — последний миг близости перед расставанием.
— До вторника? — Марта отстранилась.
Её глаза поблескивали то ли от света уличных фонарей, то ли от слёз.
— Я позвоню тебе завтра, — ответил Олег.
Марта открыла дверцу и вышла из машины, пошла, не оглядываясь, исчезла в проёме между домами.
Он посидел немного, словно надеялся, что она передумает, вернётся. Потом развернул машину и поехал домой.
В квартире темно, лишь тонкая полоска света пробивалась из-под двери комнаты сына. Марта разделась и заглянула к Димке.
— Привет. Папа не приходил? — спросила она, подойдя к сыну и заглянув через его плечо.
— Привет, мам. Приходил, потом ушёл.
— Не сказал, куда? Когда вернётся?
— Неа, — ответил сын, не поднимая головы от тетради.
