Дверь хлопнула, и в доме наступила тишина. Лиза посмотрела на Колю. Он стоял, опираясь на подоконник, и смотрел в окно, где пыль от машины свекрови ещё оседала на дороге.
— Ты как? — тихо спросила Лиза.
Коля повернулся, его лицо было усталым, но уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке.
— Не знаю, Лиз. Это было… тяжело. Но ты права. Это наш дом.
Она шагнула к нему, обняла. От него пахло лесом и немного углём от мангала, который он разжигал утром.
— Мы справимся, — шепнула она. — Главное, что мы вместе.
Но в глубине души Лиза знала: это только начало. Родственники не сдадутся так просто. И Тамара Ивановна точно не отступит.
Следующие дни были как американские горки. Лиза с Колей взялись за дело всерьёз. Они зарегистрировали ИП, нашли юриста, чтобы оформить всё по закону, и начали превращать дом в мини-гостиницу. Лиза, с её менеджерским опытом, взяла на себя организацию: заказала вывеску с надписью «Дача у поля», создала страничку в интернете, где выложила фотографии дома, веранды и вида на поле. Коля занялся ремонтом: укрепил забор, починил крышу сарая, где планировали сделать кладовку для гостей, и даже начал обустраивать баню — не для родни, а для будущих клиентов.
Но каждый шаг сопровождался новыми вызовами. Тётя Галя, которая всё ещё жила в гостевой комнате с внуками и собакой, не восприняла новость о платном проживании всерьёз.
— Лиза, ты шутишь, да? — спросила она за завтраком, намазывая бутерброд маслом. — Мы же родня! Какие деньги?
— Тёть Галь, — Лиза старалась говорить спокойно, — мы с Колей решили, что это теперь бизнес. Проживание — тысяча рублей в сутки с человека. Дети до десяти лет — бесплатно.
Тётя Галя поперхнулась чаем.
— Тысяча рублей? — её глаза округлились. — Да я за эти деньги в Турции отдохну!
— Ну, тогда добро пожаловать в Турцию, — Лиза пожала плечами, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — А здесь теперь так.
Тётя Галя посмотрела на Колю, явно ожидая, что он вступится. Но Коля только кивнул.
— Лиз права, — сказал он. — Мы не можем содержать всех бесплатно.
Внуки тёти Гали, Лёва и Соня, носились по двору, крича и гоняясь за Бароном. Пёс, учуяв свободу, умудрился перевернуть мусорное ведро, и теперь по лужайке валялись ошмётки пакетов и картофельные очистки.
— А собака? — тётя Галя кивнула на Барона. — За него тоже платить?
— Пятьсот рублей в сутки, — ответила Лиза, не моргнув. — За уборку территории.
Тётя Галя фыркнула, но, к удивлению Лизы, начала собирать вещи.
— Ладно, — буркнула она. — Завтра уедем. Но Тамара предупреждала, что ты, Лиза, жадная.
Лиза сжала кулаки под столом, но промолчала. Она знала, что свекровь не сидит сложа руки. Тамара Ивановна звонила каждому родственнику, рассказывая, как «эта Лиза» превращает семейную дачу в «коммерческий проект». Лиза случайно услышала один такой разговор, когда свекровь сидела на веранде с телефоном.
— Да, Валя, представляешь? — голос Тамары Ивановны дрожал от возмущения. — Они теперь с родни деньги брать будут! Это ж надо так ошалеть!
