Коля, стоявший в дверях, открыл рот от удивления.
— Лиза, ты серьёзно? — пробормотал он.
— Абсолютно, — она посмотрела на мужа. — Я устала быть гостьей в своём доме. Если родня хочет тут отдыхать, пусть платит, как все.
Тамара Ивановна побагровела.
— Да как ты смеешь?! — воскликнула она. — Это же мой сын! Его дом!
— Наш дом, — поправила Лиза. — И мы с Колей будем решать, как им распоряжаться.
Тётя Галя, услышав шум, выглянула из кухни.
— Что тут за крики? — спросила она, вытирая руки о фартук.
— Лиза решила из дачи гостиницу сделать! — возмущённо сообщила Тамара Ивановна. — За деньги родню пускать!
Тётя Галя моргнула, потом вдруг рассмеялась.
— А что, идея неплохая! Я бы заплатила за такой отдых. Тут у вас как в санатории!
Лиза почувствовала, как напряжение внутри немного отпускает. Может, её план не так уж безумен?
Коля подошёл к ней, взял за руку.
— Ты уверена? — тихо спросил он.
— Да, — ответила Лиза, глядя ему в глаза. — Это наш дом, Коля. И я хочу, чтобы он остался нашим.
Он кивнул, и в его взгляде впервые за долгое время появилась решимость.
— Хорошо, — сказал он. — Давай попробуем.
Тамара Ивановна смотрела на них, открыв рот. Впервые за все годы она не нашла, что сказать. А Лиза вдруг почувствовала, как внутри разливается тепло. Это был их дом. И они наконец-то начали его отстаивать.
— Тамара Ивановна, мы уже решили, — Лиза стояла у кухонного стола, сжимая в руках кружку с остывшим чаем. — Этот дом — не общий курорт. Это наш дом. И с сегодняшнего дня он работает как мини-гостиница.
Свекровь, сидевшая напротив, побагровела. Её глаза метали молнии, а пальцы нервно теребили край скатерти.
— Ты серьёзно думаешь, что я буду платить, чтобы приехать к собственному сыну? — голос Тамары Ивановны дрожал от возмущения. — Лиза, это просто смешно!
Коля, стоявший у окна, повернулся. Его лицо было напряжённым, но в глазах мелькнула искра решимости.
— Мам, это не только Лизина идея, — сказал он тихо, но твёрдо. — Мы с ней вместе решили. Если родня хочет приезжать, пусть платит. Как все.
Тамара Ивановна открыла рот, но слова застряли. Она посмотрела на сына, потом на Лизу, потом снова на сына. Казалось, она впервые видела его таким — не податливым мальчиком, а взрослым мужчиной, который защищает свою семью.
— Вы… вы просто неблагодарные! — наконец выдавила она, вскочив со стула. — Я всю жизнь для тебя, Коля, старалась! А ты теперь с этой… с женой своей против меня?
Лиза почувствовала, как внутри всё сжимается. Она знала, что Тамара Ивановна умеет бить словами, но каждое обвинение всё равно резало, как нож.
— Тамара Ивановна, — начала она, стараясь держать голос ровным, — никто не против вас. Мы просто хотим жить в своём доме. По своим правилам.
Свекровь фыркнула, схватила сумочку и направилась к двери.
— Посмотрим, что из этого выйдет! — бросила она напоследок. — Родне вашей затеи не понравится, уж поверьте!
