И когда все это ставилось на стол, ненависть Лиды достигала своего апогея. И ей хотелось треснуть хорошенькую разрумянившуюся Алиску: ведь от плиты такое воспаление! — так было написано в одном из рассказов известной писательницы— юмористки, творившей почти век тому назад.
А когда папа Лиды за ужином попросил добавки, она поняла, что нужно действовать. Поэтому, суп-солянка в воскресенье неожиданно оказался пересолен.
— Я точно помню, сколько положила соли! — изумлялась расстроенная девушка. — Это же просто наваждение какое-то!
Семья осталась без первого, а Лида испытала огромное чувство морального удовлетворения: ну, что, получил ф. аш.ист гра. на.ту?
А потом выкипели макароны, и сгорела курица в духовке.
— Смотреть нужно, когда готовишь! — орала Лидка, глядя, как Алиса вытаскивает из духовки угли, оставшиеся от курицы.
— Но я же все установила правильно, откуда же взялись эти двести двадцать градусов? — недоумевала девушка.
— Испортила хорошую плиту! — не унималась золовка.
— Ничего твоей плите не сделается! — вступился за жену Виктор и увел ее в комнату, где она немного поплакала: у Алиски появилось нехорошее чувство, что это все происходит совершенно не случайно.
А потом неожиданно оказалась испорченной блузка свекрови: в светлом белье обнаружился покрасивший ее черный носок — Алиса часто, по собственному желанию, стирала в машине и их вещи.
И мама мужа уже отнеслась к этому не так лояльно, как прежде, хотя в кофточке ходила исключительно дома: видимо, отношение к невестке у нее в корне изменилось.
И никто даже не догадывался, что все это подстраивает коварная Лидка. Да, и нашептывает маме про сплетни, которые будто бы распускает о ней и папочке невестка, называя свекра обжорой и старым маразматиком.
А ее, свекровь, — старой ко. ров.ой, не умеющей жить.
А недавно Лида, по ее словам, застала ее хихикающей с папой, пока пекся пирог! Вот почему у нее все подгорает, мамочка! А этот глу.пый телок — имелся в виду брат — ничего не замечает!
И этого оказалось, более, чем достаточно. Тем более, что назавтра на электронную почту брату пришло письмо, в котором неизвестный друг сообщал кое-что, касающееся морального облика молодой жены.
Дескать, пока ты ни ухом, ни рылом, как говорится, она тебе вовсю изменяет! Думаешь, где она задержалась вчера вечером? На работе? Как бы не так! Она шляется! И если ты разуешь глаза и перестанешь, как д***к, верить в идеалы, то тебе все будет ясно.
Короче, гнать ее надо поганой метлой! Такой вердикт часто выносили на партийных собраниях в эпоху развитого социализма.
И в молодой ячейке общества вспыхнул скандал. Точнее, кричал один Витька, тыча пальцем в экран компьютера с полученным письмом. Алиска не произнесла ни слова: просто собрала вещи и ушла. А идти ей было некуда — и муж это знал.
Но, почему-то, не остановил, не удержал, не попытался прояснить ситуацию, а сразу стал обвинять.
