Антон выходил на пенсию и не знал радоваться этому или нет. С одной стороны, он был теперь свободен. А с другой стороны, он совершенно не знал, чем заняться. С женой они давно жили плохо.
Несговорчивый характер Антона его супруга почувствовала почти сразу после замужества. Как только закончился «букетно-конфетный» период их влюблённости, Антон показал себя. Ира терпела суровый нрав мужа, ей некуда было идти.
Родители её развелись и жили уже два года в новых семьях. Поэтому молодая супруга терпела и безосновательную ревность Антона, и его окрики, и тем, что он полностью держал в своих руках финансы семьи, выдавая Ире незначительные суммы на её гардероб и нужды.
Но Антон имел хорошо оплачиваемую работу, умел ладить с начальством и у него были связи с нужными ему людьми. Он мог достать дефицитный товар, выхлопотать путёвку в приличный санаторий и устроить дочь в хорошую школу к самому лучшему педагогу.
Ира была за это благодарна мужу, она понимала, что ей вряд ли бы удалось так наладить их быт. В их квартире был сделан отличный ремонт, с годами куплена хорошая импортная мебель.
Когда знакомые заглядывали к Ире и Антону в гости, то хвалили их квартиру, поражались обстановке.
«Наверное, считают, что я самая счастливая…» — думала Ира, провожая гостей, и вздыхала. После посиделок подвыпивший муж долго не засыпал, донимая её нравоучениями и похвалой самому себе.
А Ира была прилежной хозяйкой, безропотной подчинённой своего мужа. Она давно не видела ласки от Антона, не чувствовала, что он вообще её любит. Окрики, ругань на неё по любому поводу стали ежедневным способом общения Антона.
— Распоясался что-то ваш супруг, Ирочка, — говорила ей при встрече соседка. — Вы плачете чуть не каждый вечер. Он вас бьёт?
Ира опускала глаза и ничего не отвечала. Конечно, все соседи слышали их ссоры, и Ира вынуждена была сопротивляться мужу.
В ссорах она пыталась доказать ему, что она не вещь, не служанка, а жена — равноправный член семьи. Но всё было бесполезно. Они иногда не разговаривали неделями. Но всегда уступала первой Ира. И Антон это знал.
Дочка их привыкла к такому образу жизни, она закрывалась в своей комнате и не выходила оттуда до тех пор, пока «гроза» не проходила. Она очень жалела мать и ненавидела отца, а как стала подрастать, то первой её мечтой было: уйти из родительского дома.
Анна старалась учиться лучше, почти на одни пятёрки, именно потому, что знала: ей нужно поступить в институт, получить образование, чтобы стать самостоятельной и не зависеть от отца.
Когда Антон вышел на пенсию, Ира всё ещё работала, потому что была младше супруга на восемь лет. Она не могла себе и представить, что останется в квартире с мужем на весь день. Он уже начал на неё поднимать руку.
— Не терпи ты его, доченька, уговаривала Иру мать, — приходи ко мне. Пусть в тесноте, да не в обиде. В моей однушке проживём. А он пусть там остаётся.
