Поэтому он старался сочетать учёбу с работой и очень уставал. Звонил Юле всё реже, и его еженедельные рассказы о делах со временем стали казаться ему отчётностью перед ней, также, как и перед родителями. Он не спрашивал уже скучает ли она, и совсем не говорил о своих чувствах, словно их и не было.
Юля чувствовала это охлаждение, она практически была готова к этому и сама Матвею уже не звонила, боясь беспокоить его.
У Матвея появились новые знакомства, он сидел на лекциях с кареглазой смуглой Кариной, москвичкой, она нравилась ему, и он видел интерес в её глазах. Они несколько раз ходили вместе в театр и на концерты. Мать девушки работала в их же институте, поэтому Матвей с ней тоже познакомился и стал вхож в их семью.
После первого курса Матвей не приехал домой. Он работал, и начальник не приветствовал его ранний отпуск.
— Понимаешь, Юля, мне не уехать так легко. Надо работать. А в отпуск скорее всего попробую отпроситься в августе. В июле мой друг поехать хочет к нам на море. Так он к тебе зайдет, Алёшка от меня подарок привезёт, — говорил Матвей в очередной телефонный разговор.
Алёша приехал в Адлер и устроился на квартиру к Матвею. Мать пустила его в комнату сына, расспрашивая о Матвее и о его работе и успехах. Потом Алёшка понёс подарок Юле. Это была книга, которые Юля любила читать, а потом передавала матери, двоюродным сёстрам, подругам, и так книга ходила по рукам, её читали, а потом отдавали в библиотеку.
Алёша встретился с Юлей на набережной. Они вместе пошли на пляж после прогулки. Парень не мог отвести глаз от неё.
— Вот не понимаю я Матвея. Юленька, ты же ангел. Твоё место в ромашковом поле, а не на жарком юге. Такая русская красавица, и загар, кажется, почти не берёт белую кожу… — сказал он откровенно, любуясь девушкой.
— А мы и не местные. Приехали сюда, когда я только в пятый класс пошла. А сами мы из Рязанской области, — засмеялась Юля, — ты говоришь, как моя мама… Но ангелом меня называть не надо, а то зазнаюсь… Как там Матвей? Привык к столице, и ехать домой не хочет?
— Не хочет. Или не может. Он очень ответственный и готов работать сутками. Я так не могу, — засмеялся Алёша, — говорит, поезжай, отдохни, заодно мою знакомую проведай, книги она любит…
— Так и сказал? Знакомую? — огорчилась Юля, — раньше он меня любимой называл… Но, впрочем, это было давно, год назад. И вероятно, для него я уже стала лишь знакомой…
Юля сжала губы, отвернулась к морю, а потом вздохнула и посмотрела на Алёшу. Он не решился рассказать ей о Карине, о том, что Матвей дружит с ней, но взглянул на Юлю и спросил:
— А для тебя он всё ещё много значит? Ты ждёшь его?
— Нет, не жду, — только и ответила Юля, — но обсуждать я это не хочу.
Алёша не сказал Юле, что Матвей просил разузнать его, нет ли у Юли нового ухажёра, поклонника, чтобы знать, ждёт его девушка или нет. Вроде проверка на верность. Алёшке такое задание показалось нелепым. Ведь у Матвея была подруга. И зачем тогда было звонить Юле? Он не понимал.
