— Думала, — спокойно ответила Света. — И знаешь что, муж дорогой? Я всё обдумала и согласна. Но с поправками.
— С какими поправками? — настороженно спросил он.
Они сели друг напротив друга за кухонным столом. Света сложила руки и невозмутимо произнесла:
— Хорошо, не буду брать твою карту. И деньги твои брать тоже не буду. А ещё я подумала и поняла — да, ты прав. Нас стало в жизни друг друга слишком много. Это стало утомлять. Поэтому я решила взять передышку и пожить пока у мамы. Она уже в курсе, дала согласие.
— Как по мне, это именно то, что нам необходимо. Ты сам посуди — мы устали друг от друга, так и до развода недалеко. Поэтому на всё лето я еду к маме. А ты можешь жить как считаешь нужным. Осенью вернусь, и обсудим дальнейшие действия.
Узнав о том, что дети временно разошлись, мама Эдика первым делом позвонила Светлане, а потом заявила, что едет с ней.
— Это же он такое придумал! Нет бы отец его в чувство привёл. Ну ничего, посмотрим, сколько он выдержит без нас.
Это было прекрасное лето. Дача, небольшая речка, вечерние костры с печёной картошкой и шашлыками. Днём — огород, свежие овощи, зелень. Света отдохнула и душой, и телом, несмотря на физический труд.
Больше она не переводила деньги на карту мужа. А там накопились последняя зарплата, премиальная, отпускные — сумма набралась приличная.
Эдик, к слову, был категорически против этой затеи. Он названивал и даже несколько раз приезжал, но ему чётко объяснили, что у них уговор — в жизнь друг друга не вмешиваться.
Вернувшись в сентябре, Света с удивлением обнаружила мужа поздно вечером в подпитии.
— Где ты была? Почему от тебя разит спиртным за километр? — возмутился он.
Она глянула на него осуждающе:
— Дорогой, что это за вопросы? Я не обязана отчитываться перед тобой. Я же не спрашиваю, где ты бываешь и чем занимаешься. В доме чисто, еда готова — не понимаю, что тебя не устраивает.
Тот вечер Эдик ночевал в гостиной.
— Не желаю дышать твоими испарениями, — заявил он.
Света только хмыкнула и отправилась в ванную. Набрала полную ванну, добавила пену, включила тихую музыку и лежала, пока вода не остыла. Она редко позволяла себе такое удовольствие — раньше так делал Эдик.
— Ты вообще головой думаешь? — ворвался он в ванную утром. — Видела, какие счета пришли? А ты ещё воду тратишь! Кто платить будет?
— Могу дать половину. Всё же летом меня здесь не было.
— Как это — половину? Ты же пользуешься всем в доме, включая воду. Почему я должен платить за тебя?
— Нам стоит обсудить наши траты, — невозмутимо ответила Света. — Нужно решить, по сколько будем складываться на бумагу, моющие средства, лампочки и прочие мелочи.
И, преспокойно обойдя мужа, направилась в спальню.
Через несколько дней Эдик пришёл к ней в офис в обеденный перерыв.
— Нам нужно поговорить.
— Давай не при свидетелях.
Они сели за столик в кафе напротив.
— Я не понимаю, что с тобой происходит, — начал он. — Ты изменилась. Уже не та, что была прежде.
