— Какие ключи? — Павел нахмурился. — Я тебе никаких ключей не давал!
Людмила Петровна замолчала, понимая, что попалась. Она украдкой взяла ключи из кармана куртки сына, когда он был в душе во время своего вчерашнего визита к родителям.
— Мама, ты взяла мои ключи без спроса? — в голосе Павла звучало разочарование.
— Я… я думала… Ты же мой сын! Единственный! Я имею право знать, где ты живёшь и как!
Нотариус воспользовался паузой.
— Я, пожалуй, пойду. Мне кажется, вам нужно решить семейные вопросы без моего участия.
Он быстро направился к выходу, оставив семью разбираться самостоятельно.
— Мама, — Павел устало потёр лицо. — Сколько раз мы это обсуждали? Квартира принадлежит Тане. Это её наследство. Я не имею на неё никаких прав и не претендую!
— Но как же так! — Людмила Петровна всплеснула руками. — Ты же мужчина! Глава семьи! А живёшь в квартире жены! Что люди скажут!
— Мне всё равно, что скажут люди, — твёрдо ответил Павел. — Мама, пожалуйста, отдай ключи и уходи. Нам с Таней нужно поговорить.
— Я никуда не уйду! — свекровь уселась на диван. — Это и мой дом тоже! Я помогала вам с ремонтом!
— Ты принесла две банки краски, — напомнила Татьяна. — Которые мы потом не использовали, потому что цвет не подошёл.
— Неблагодарная! — вскочила Людмила Петровна. — Я для вас стараюсь! Хочу, чтобы у моего сына было своё жильё!
— У него есть жильё, — спокойно сказала Татьяна. — Он живёт здесь со мной, своей женой. И если вы не можете это принять…
— Что? Что ты сделаешь? Выгонишь его? — свекровь злорадно улыбнулась. — Вот! Паша, ты видишь её истинное лицо! Она тобой манипулирует!
— Мама, хватит! — Павел повысил голос. — Никто никем не манипулирует! Таня никогда даже не намекала на что-то подобное! Это ты постоянно устраиваешь скандалы!
— Я? Скандалы? Да я за тебя волнуюсь! Ты живёшь как приживала! Что будет, если она тебя выгонит? Куда ты пойдёшь?
— К тебе, наверное, — устало ответил Павел. — Как всегда планировала, да?
Людмила Петровна замолчала. Её сын попал в точку. Она действительно мечтала, чтобы он вернулся жить к ней.
— Нам с папой одиноко, — тихо сказала она. — Ты единственный сын. Должен быть рядом.
— Мама, мне тридцать два года. У меня своя семья. Я не могу жить с родителями вечно.
— Но ты мог бы жить рядом! Если бы у тебя была своя квартира!
— Людмила Петровна, — вмешалась Татьяна. — Мы с Павлом копим на первоначальный взнос по ипотеке. Через год-два купим свою квартиру. Может быть, даже в этом же районе.
— Ипотека! — фыркнула свекровь. — Кабала на тридцать лет! Зачем, когда есть готовая квартира!
— Потому что эта квартира принадлежит Тане, — терпеливо объяснил Павел. — И я уважаю её право собственности.
— Уважаешь! А мать не уважаешь!
— Это разные вещи, мама.
Людмила Петровна поднялась с дивана.
— Я вижу, она тебя полностью обработала. Ты уже не мой сын. Ты её раб!
— Мама, не говори глупости.
— Глупости? Хорошо! Посмотрим, что ты скажешь, когда она тебя выставит на улицу! И не приходи тогда ко мне!
