— Ты драматизируешь. Погостят пару дней и разъедутся. А насчет бани — по-моему, отличная идея! Отец даже с материалами поможет.
— Мы не обсуждали никакую баню! — Ника уже не сдерживалась. — Это наш дом, наша земля! И решать, что тут строить, должны мы вдвоем, а не твой отец с двоюродным братом!
В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, заглянула Ленка:
— Ой, вы тут! А я вас везде ищу! Там мама салаты выставила, все готово. И, Ник, я хотела спросить — можно мы с детьми в этой комнате устроимся? Вам же, наверное, удобнее в той, что побольше?
Ника выжидательно посмотрела на Колю — ну давай, объясни сестре, что это наша спальня! Но он только пожал плечами:
— Конечно, Лен, располагайтесь где удобно.
Когда Ленка ушла, Ника тихо, но твердо сказала:
— Все, Коля. Это последняя капля. Ты только что отдал нашу спальню, даже не спросив меня. Я ухожу.
— Куда это? — опешил он.
— В город. К Тане поеду, переночую у нее. А ты развлекай свою ораву, раз тебе так нравится играть в гостеприимного барина.
Ника быстро покидала в сумку самое необходимое и, не обращая внимания на недоуменные взгляды гостей, вышла из дома. Краем уха слышала, как Коля что-то бормочет родственникам, но не обернулась. Сейчас ей нужно было оказаться как можно дальше отсюда, чтобы успокоиться и все обдумать.
Таня, подруга еще с универа, встретила ее без лишних расспросов — по лицу все было понятно. Они сидели на кухне ее городской квартиры, и Ника выплескивала накопившееся:
— Представляешь, они ведут себя так, будто это какой-то дом отдыха «Все включено»! Мы три года горбатились, мечтали, планировали каждый уголок, а они за один день превратили все в какой-то семейный пансионат!
— Коля просто не понимает, насколько это для тебя важно. Он же вырос в большой семье, где все всегда кучей были. Для него это норма.
— Но мы же говорили об этом, Тань! Сто раз обсуждали, как будем жить, как все обустроим для себя. И ни разу речь не шла о том, что туда вся его родня переедет!
Таня задумчиво покрутила ложечку в чашке:
— А ты пробовала прямо сказать, что тебя это не устраивает?
— Конечно! Но он не слышит! Для него это все «ерунда», «погостят и уедут», «ничего страшного». А я чувствую себя чужой в собственном доме!
Телефон Ники снова завибрировал — десятый звонок от Коли за вечер. Она сбросила.
— Знаешь, что самое обидное? — Ника тяжело вздохнула. — Мы вместе этот дом придумывали. Каждую мелочь обсуждали. А теперь выясняется, что у нас совершенно разные представления о том, как в нем жить.
— Дай ему время, — посоветовала Таня. — Мужикам иногда нужно на собственной шкуре прочувствовать, что они накосячили.
Весь следующий день Ника игнорировала звонки мужа. Взяла отгул на работе и слонялась по городу, пытаясь отвлечься. Вечером пришла эсэмэска от Коли: «Пожалуйста, давай поговорим. Это важно.»
Ника все еще кипела от обиды. Но на третий день раздался звонок от Ленки.
