Ольга, будто читая мысли риэлтора, продолжила мягко, почти обволакивающе, говорить:
– Дашенька, понимаю твои сомнения. Наверняка ты думаешь, что у меня — осеннее обострение, но ничего подобного.
В общем, не стану дальше мучить тебя неизвестностью.
В общем, у нас с тобой — один и тот же мужчина, Павел Васильевич Градов.
Из чувства женской солидарности я хочу тебе рассказать про него несколько пикантных моментов, чтобы ты понимала, как говорится, ху из ху.
Ты про меня, скорее всего, ничего не знаешь, а я про тебя успела навести справки и выяснила, что ты — отзывчивая, небедная и довольно хорошо образованная девушка.
То, что ты работаешь риэлтором — пустяк. Случайность. Сейчас работу сложно найти. Найдётся ещё тебе достойная интересная вакансия.
– Вы, кажется, не вопрос моей профориентации хотели обсудить? — переспросила Даша, расстёгивая курточку и присаживаясь напротив Ольги Геннадьевны.
Женщина смешно сморщила носик:
– Ну, не стоит мне «выкать». Мы же, в некотором роде, не чужие друг другу.
Короче, я выяснила, что Пашка уже несколько месяцев у тебя обитает.
Наверное, и замуж уже звал?
Вот только, конечно, ему надо деньги подкопить, чтобы и свадьбу красивую сыграть, и в путешествие съездить?
Растерянная Дарья молчала, а Ольга, хмыкнув, кивнула:
– Значит, тут Пашка по своей стандартной схеме действует.
Дарья, понемногу опомнившись после первоначального шо-ка, наконец, нашла в себе силы высказать недоверие:
– Ольга, вы что-то путаете. Я видела Пашин паспорт. Он абсолютно чист. Ни жены. Ни ребёнка. Никого там нет.
Ольга улыбнулась:
– Что, он тебе не говорил про меня и Мишку? Ну вот, теперь ты знаешь.
И вообще, ты же не маленькая. Сейчас многие ведут совместное хозяйство, не регистрируя брак в ЗАГСЕ.
От штампа в паспорте счастье-то не зависит. Я с Пашей живу уже почти 7 лет, и на полном серьёзе считаю его своим мужем.
Мы сына растим. Вот только, то понос, то золотуха — никак до ЗАГСА не доберёмся и на свадебном лимузине не прокатимся.
То денег не было. То я в положении была, а хотелось красивое платье и прочую лабуду.
Потом — вообще всё закрутилось: колики, зубки, детские болезни. Так вот и жили. Не идеально. Ссорились порой.
Жизнь-то пройти — не поле перейти.
Иногда Пашка устраивал себе каникулы от семейной рутины, но раньше никогда так подолгу не пропадал, а тут уже несколько месяцев с тобой живёт.
Даша молчала, мечтая, что вот сейчас она осознает, что всё происходящее — дурной сон, но Ольга была реальнее некуда, и продолжала засыпать словами, как камнями, надежду стать счастливой женой Паши:
– Конечно, ты мне сразу не поверишь. Что же, это нормально. Думаю, каждая женщина на твоём месте сомневалась бы в словах какой-то незнакомки.
Я понимала, что так и будет.
Ольга открыла сумку, достала фотоальбом и по столу подтолкнула к Даше:
– Сама посмотри. Конечно, сейчас не очень модно фотографии распечатывать, но мне нравится именно в таком формате память сохранять.
