Алевтине тут же стало плохо, женщина схватилась за сердце. Ей вообще нельзя было волноваться, любой стресс мог закончиться для шестидесятидвухлетней пенсионерки летально.
Соседка, испугавшись, вызвала скорую.
К прежней жизни Алевтина уже не вернулась. Из больницы она выписалась и в тот же вечер опять почувствовала себя плохо. Скорая теперь приезжала к Алевтине Егоровне по три-четыре раза в неделю.
Виктор жил королём. О своём побеге он не сожалел и о бывшей супруге не думал. Маргарита подбивала любовника оформить развод, но тот всё время откладывал поездку к Алевтине:
— Рита, ну чего тебе не живётся? Зачем обязательно нужен этот официальный брак?
Не хочу я ехать к бывшей, прекрасно знаю, что она сейчас начнёт давить на жалость, будет плакать, умолять её не оставлять.
К чему вот эти лишние терзания? Я и так с тобой! Альку бросил, чего тебе ещё надо?
— Витя, я хочу быть мужниной женой, а не любовницей! Надоело мне быть на вторых ролях. Неужели так сложно оформить развод?
— Сложно, Рита! У меня на это свой расчёт есть.
— Интересно, какой же?
— Недальновидная ты женщина, Ритуль. Вот смотри: Алька болеет, и болеет серьёзно. Сердце у неё совсем слабое, а значит, долго она не проживёт.
Ближайших родственников у Алевтины нет, так, седьмая вода на киселе, троюродные тётки да племянники. Суть улавливаешь?
— Прекрати, Витя, говорить загадками, — разозлилась Маргарита, — я не пойму, причём здесь вообще Алевтина твоя и наша свадьба?!
— Ритуль, я — её муж, а значит, наследник первой очереди! Детей-то у неё нет. Отправится Алька на тот свет, деньги на вкладе и дом мне достанутся.
— Почему ты так уверен? — засомневалась Маргарита, — откуда ты вообще знаешь, как твоя жена бывшая собирается своим имуществом распорядиться? Может быть, у неё давно завещание написано!
— Нет, ничего у неё не написано. И писать завещание она не будет. Да даже если и есть такая бумажка, её в суде можно будет оспорить.
Я, напоминаю, муж законный! Поэтому давай подождём немного с разводом. Ты же хочешь иметь собственное жильё?
Алевтине же, наоборот, жилось очень тяжело — женщина никак не могла прийти в себя после очередного приступа. Алевтина откровенно сдала, и в последнее время она даже с кровати не вставала, ничего не ела.
У пенсионерки не было сил, чтобы добраться до кухни и выпить воды. Хорошо, что тревогу забила та самая соседка — Лидия Степановна велела сына навестить Алевтину.
— Валера, ты бы сходил, посмотрел, как там Аля. Трубку чего-то не берет, переживаю я.
Вчера стучалась к ней, но калитка изнутри заперта, никак не пройти. Через забор перемахни, да глянь. 3 дня она уже на улицу не выходит. Как бы не случилось чего!
Валерий с Алевтина Егоровной был знаком очень давно — мама его маленького часто оставляла на соседку. Именно тетя Аля научила Валеру читать и считать, молодой человек к ней относился хорошо, считал дальней родственницей.
