— Проходи, что с тобой делать. Только Нин, я тебя сразу предупреждаю: постелю на полу. У меня же кровать-то одна, спать мы на ней с Алисой будем. Извини, других вариантов нет.
Уложив внучку спать, Антонина Сергеевна направилась на кухню, где её ждала Нина. Женщина собиралась накормить подругу ужином и идти отдыхать, но у гостьи были совсем другие планы:
— Садись, выпьем, — предложила Нина, — что-то у меня совсем настроения.
— Нет! Нет, нет, что ты, я не буду, — поспешила отказаться Антонина Сергеевна, — я с этим делом завязала, я дочери обещала!
— Ну что ты, подругу не поддержишь, что ли? Одну стопочку всего, я же не заставляю пить тебя всё!
Нина полчаса уговаривала подругу и Антонина Сергеевна всё же дрогнула. За одной рюмкой последовала вторая, а потом и третья. Женщины сами и не заметили, как приговорили пол-литра.
Нина быстро сбегала за добавкой, банкет продолжили.
Спать направились глубокой ночью — Антонина Сергеевна в абсолютно бессознательном состоянии взяла внучку на руки, отнесла её в прихожую, сбросила на пол куртку с вешалки и положила Алису на пол, на куртку.
Там ребёнок, скрючившись от холода и провёл остаток ночи.
Валентин приехал утром. Дёрнув ручку, мужчина удивился — дверь была открыта.
Войдя в коридор, Валя увидел спящего на полу ребёнка и до хруста сжал кулаки.
Антонину Сергеевну тут же разбудили и призвали к ответу. Женщина клялась, что выпила совсем немного и то, только потому, что подруга пришла.
Она снова обещала, что больше этого не повторится, плакала и просила её не лишать общения с любимой внучкой.
С Антониной Сергеевной перестала общаться даже дочь. Юля поняла, что мать, наверное, уже ничем не исправить.
Они не видятся, только редко перезваниваются по телефону.
Своей пагубной привычки Антонина Сергеевна не бросила, день и ночь субботы для неё священны.
Внучку женщина не видит, Алису к бабушке теперь не пускают.
