— Леша, ну посиди с Мишкой хотя бы пару часов, — Полина недовольно уставилась на мужа. — Мне к врачу нужно.
— Не могу, — Алексей резко поднялся с дивана. — Я с пацанами встречаюсь. Мне скоро выходить.
— Леш, ну я серьезно. У меня головные боли не проходят, да и со спиной что-то не то. После родов столько всего вылезло, что…
— Полин, мне повторить? — Алексей раздраженно посмотрел на жену. — Не могу. Перенеси на другой день. Я уже договорился.
Алексей уже натягивал куртку, проверял карманы.
— Я не могу перенести. Запись за три недели делается.
— Ну значит, потерпишь еще три недели, — он пожал плечами, будто речь шла о какой-то ерунде. — Ничего страшного с тобой не случится.
Дверь хлопнула. Из детской донесся тихий плач — Мишка проснулся. Снова.
Она устало вздохнула и достала телефон. Набрала номер поликлиники, слушая прилипчивые мелодии, которыми заменили стандартные губки. Но, наконец, дошла очередь Полины.
— Здравствуйте, мне нужно отменить запись на сегодня…
Она упала на диван. Здоровье после родов превратилось в какую-то лотерею. То спина прихватывала так, что не разогнуться, то голова раскалывалась, будто кто-то изнутри молотком бил. Врачи разводили руками, мол, надо обследоваться, а на обследования нужно время. И кто-то, кто посидит с ребенком.
Но Алексею было плевать. Последние два года его словно подменили…
…Во время беременности он носил Полину на руках в прямом смысле слова. Таскал тяжелые сумки, готовил, даже массаж ног делал перед сном. Говорил, что она самая красивая, что он бесконечно счастлив. Полина верила каждому слову. Думала, что ей сказочно повезло с мужем.
А потом родился Мишка. И все разрушилось, разлетелось на куски…
Крики, бесконечные пеленки, бессонные ночи — это сорвало с Алексея какую-то маску, под которой скрывался совсем другой человек. Он орал на Полину, когда она не успевала убрать квартиру. Орал на Мишку, когда тот плакал ночью. Швырял вещи, хлопал дверями, уходил к друзьям и возвращался за полночь.
— Ты посмотри на себя! — кричал он, тыча пальцем в жену. — Ты вообще в зеркало смотришь? Куда делась моя красивая жена? Бегемотиха!
Полина смотрела. Видела темные круги под глазами, растрепанные волосы, старую домашнюю футболку в пятнах от детского питания. Лишние килограммы, которые никуда не хотели уходить, несмотря на то, что она ела от силы два раза в день. Но когда находить время на себя, если Мишка то температурит, то зубы режутся, то животик болит?
— Ты только о ребенке думаешь, он для тебя пуп земли, — бросал Алексей, натягивая ботинки. — Я тебе вообще нужен?
Она молчала. Потому что не знала, что ответить. Да, Полина думала о Мишке. А как не думать о сыне? Это же ее ребенок!
Полина устала. Достигла того предела, когда просто хотелось лечь и не вставать. Она была заперта в четырех стенах с орущим ребенком и мужем, который считал себя главной жертвой в этой семье.
