— Отвезу им поесть, — решила она. — Максим говорил, что мама уйдет к подруге на весь день, а он будет возиться с крышей до вечера. Готовить будет некогда и некому.
Светлана аккуратно загрузила все в машину, проверила, чтобы ничего не пролилось, и поехала за город. Дорога до дома свекрови занимала минут сорок по трассе, потом еще немного по плохой дороге. Галина Петровна жила в небольшом поселке, в старом, но уютном доме с большим участком и садом. Когда Светлана подъехала к знакомым зеленым воротам, первое, что бросилось в глаза — отсутствие машины Максима во дворе.
Она вышла из автомобиля, осторожно заглянула через калитку во двор. Крыша дома выглядела совершенно новой — металлочерепица блестела на осеннем солнце, водостоки были явно недавно установлены. А Галина Петровна в старом халате копошилась в огороде, что-то напевая себе под нос.
Светлана тихо села обратно в машину и уехала, так и не окликнув свекровь, не передав приготовленную с такой любовью еду. Внутри все сжалось от боли и обиды. Максим ей соврал, нагло и цинично соврал. Зачем? Ответ был очевиден, но она не хотела в это верить, цеплялась за последнюю надежду.
Всю дорогу домой она пыталась найти логичное объяснение. Может, он уже закончил с крышей? Может, уехал за материалами? Но новая крыша говорила сама за себя — ее меняли явно не вчера и не позавчера.
Воскресным вечером Максим вернулся домой усталый, но довольный, с легким запахом чужих духов. Рубашка была все такой же чистой, только немного помятой.
— Ох и намучился я, — начал он прямо с порога, снимая ботинки и не глядя на жену. — Представляешь, только к вечеру в воскресенье закончил. Всю крышу переделал заново, теперь лет на двадцать хватит, мама довольна.
— Да, молодец, — кивнула Светлана, наблюдая за ним из кухни и отмечая каждую деталь. — Слушай, давай на следующих выходных вместе к твоей маме поедем? Хочу с ней пообщаться, давно не виделись. Да и посмотрю на вашу работу.
Максим замер на секунду, потом неохотно согласился, потирая шею — его привычный жест, когда он нервничал:
— Ну… давай. Хотя она, наверное, занята будет, у нее там варенье, соленья всякие.
— Ничего, мы ненадолго, — улыбнулась Светлана, а внутри все сжималось от предчувствия беды.
Всю неделю она готовилась к разговору, продумывала каждое слово. Максим вел себя как обычно — уходил на работу, возвращался вечером, рассказывал о делах. Только в глаза старался не смотреть и в постели отворачивался к стене…
…Следующая суббота выдалась солнечной и теплой. Они ехали к Галине Петровне молча, Максим нервно барабанил пальцами по рулю, то и дело поправлял зеркало заднего вида. Светлана смотрела в окно на пожелтевшие поля, обдумывая, как лучше начать разговор, как вывести его на чистую воду.
За обеденным столом Галина Петровна суетилась как всегда — накладывала салаты, нарезала хлеб, доставала из погреба соленья. Максим сидел напряженный, почти не ел, только ковырял вилкой в тарелке.
