– У Сережи связи, — сердито ответила мать, — перестань на него наговаривать, ты просто ревнуешь.
Но я же не монашка, столько лет проводить в одиночестве! Скоро мы с Сергеем поженимся, и ты меня не отговоришь!
И вообще, он окружил меня такой любовью и заботой. Звонит каждый час, ему интересно даже, что я ела, с кем встречалась.
Он и о тебе расспрашивает. Вот увидишь, когда Сережа приедет, вы подружитесь!
С заключением брака мать тоже решила поспешить. Они расписались еще, когда Сергей отбывал срок — иначе она не могла претендовать на длительные свидания.
А через полгода ее новый муж вышел. Первый месяц Людмила на него надышаться не могла, все таскала по магазинам, старалась принарядить, развеселить, убрать «лагерный» волчий взгляд и мрачное выражение с лица мужа.
Он тоже не оставался в долгу, был предупредителен и заботлив, носил Людмилу на руках.
Правда, Олеся не верила ни единому его слову. И, как оказалось, ее бабушка, Елизавета Генриховна, тоже.
На семейном вечере, где Людмила знакомила родственников с Сергеем, та долго и внимательно рассматривала нового зятя. Потом вынесла свой вердикт:
– Клюква в сахаре. Снаружи сладко, а внутри — кисло. Смотри, Людка, как бы не свел тебя в могилу этот вол.чара. По всему видно, присосался он к тебе, словно пиявка, не случайно.
– Ну что вы, — мило улыбнулся ей Сергей, — у вас просто предубеждение против лагерников.
– Нет у меня никаких предубеждений. Это дочери моей ты можешь в уши что угодно петь. А мне не надо.
Хитрый ты и подлый, это я вижу и без очков. Так что, чаи распивать с тобой не буду.
А ты, Людка, дочку береги. Этот вол.чара вон на нее как зыркает.
После этого разговора Олеся старалась с отчимом наедине не оставаться.
Правда, он все же подкарауливал ее пару раз в коридоре, прижимая к стенке. Молча, от чего было еще страшнее. Потом отпускал, бешено хохоча.
***
Однажды Люда попросила мужа отвезти дочь к теще. Олеся хотела доехать сама.
Но мать недавно купила отчиму новую машину, и ему не терпелось продемонстрировать свое приобретение.
До дачи Елизаветы Генриховны они доехали молча, у калитки Олеся вышла.
Сергей проследовал за ней. Навстречу им вышла хозяйка.
– Тебя не пущу, и не проси, — шагнула она навстречу зятю.
– Да я и спрашивать не буду, бабка, — Сергей отодвинул женщину в сторону, — должен же я осмотреть свои будущие владения.
Не загостишься ты на этом свете с таким характером. Пикнешь лишний раз, выйдешь вечером за хлебушком, и адью.
Ищите-свищите, на старушку напали хулиганы. Я бы на твоем месте ходил, оглядывался.
– Да пуганая уже, пожила свое, — с достоинством ответила ему Елизавета Генриховна.
Тут Сергей шагнул к Олесе и больно прижал ее к себе, сделав захват за горло. Вывернуться у девушки не получалось. А отчим сзади прошипел:
– А за нее тоже не боишься? Мало ли что может случиться с такой молоденькой и хорошенькой. Как, готова внучкой рискнуть?
