Она оглянулась и увидела мужчину лет сорока пяти, статного, довольно симпатичного, одетого в элегантное пальто.
«Странно. Вроде бы я его никогда не видела, но почему-то он кажется знакомым… Да ну… просто показалось».
– Простите, мы знакомы? — спросила она.
– Да! То есть… и да, и нет… — мужчина торопливо направился навстречу Вике. — В общем… я хотел сказать, здравствуй, Виктория… Привет, дочка!
– Что?!..
– Да, Вика. Я твой отец.
Отец? О котором её мать всегда рассказывала только самые неприглядные и нехорошие вещи? Неужели перед ней сейчас стоит тот самый негодяй, бросивший двадцать лет назад её беременную маму?
Ошарашенная Вика смотрела на мужчину и не могла произнести ни слова. Вернее, она много чего хотела ему сказать, конечно, в том числе пару ласковых словечек. Но все слова застряли в горле.
– Извините, а почему я должна вам верить? — нахмурилась Вика. — Утверждать вы можете всё что угодно. Но откуда мне знать, что вы говорите правду?
– Доказательств у меня, конечно, совсем немного. — вздохнул он. — И те всего лишь косвенные — несколько совместных фотографий с твоей мамой. Тем не менее…
Однако Вика уже не особо внимательно слушала, что он дальше говорил. Чем дольше она вглядывалась в его лицо, тем очевиднее становилось их сходство.
Надо ли говорить, что именно сильная схожесть с отцом стала для её и без того жёсткой суровой мамы ещё одним дополнительным обстоятельством, чтобы испытывать к дочери неприязненные чувства…
– Я ведь даже не знаю, как вас зовут, — вдруг произнесла Вика. — Мама дала мне отчество моего дедушки, её отца… По документам я Васильевна. И записала меня она на свою фамилию.
– Анатолий. Дочка, твоего папу, то бишь меня, зовут — Смирнов Анатолий Павлович.
– Приятно позна… Хотя! Слушайте, если вы и правда мой отец, то вы, наверное, догадываетесь, что ничего особо хорошего я вам сказать не хочу?
– К сожалению, догадываюсь, — с печальным и даже каким-то отчаянным выражением лица ответил ей Анатолий. — Я примерно представляю, что Нина могла тебе обо мне наговорить. Зная её характер, который я, увы, не сразу разглядел… Наверняка ведь говорила, что я вас бросил?
– Да…
– Выслушай меня, пожалуйста, дочка.
И Анатолий поведал Вике свою «сторону медали». Которая, как выяснялось по мере его повествования, даже и не сторона медали, а просто чистая правда…
– Как только твоя мама узнала, что я теперь совсем не перспективный жених, послала меня куда подальше… Сказала, ей такой муж и отец для её ребёнка нафиг не нужен.
Родители Толи были людьми обеспеченными. Во времена «перестройки» все резко изменилось.
– А мне она говорила, что вы её бросили…
Внезапно поднялся сильный ветер, заморосил дождь.
– Дочка, пойдём ко мне в машину!..
