— Да как же у тебя руки не из того места, — вдруг рявкнула Вера Павловна, встала из-за стола, подняв подбородок, словно я не жена её сына, а мелкая прислуга.
Я вжалась в угол кухни, соус ещё покапывал с края скатерти, алыми пятнами, как кровь.
— Ты растяпа! — выкрикнула она, и тут же — пощёчина. Молниеносная, звонкая, настоящая. Воздух зазвенел в ушах; во рту пересохло.
