Он вылетел из кухни, громко хлопнув дверью в спальню.
Малыш в животе снова толкнулся. Даша опустилась на стул, глядя на пакет с мясом, который Ваня так и не убрал в холодильник.
Ей было физически плохо — тошнота то и дело подкатывала к горлу.
Через десять минут дверь кухни приоткрылась.
— Мясо-то готовить? — буркнул он. — Или ты теперь и есть не будешь, чтобы мне насолить?
— Не надо ничего готовить, Ваня, — тихо сказала Даша, не поворачивая головы. — Просто оставь меня в покое. Я хочу поспать.
— Ну и пожалуйста! — он снова хлопнул дверью.
Даша встала и, пошатываясь, пошла в ванную.
Там она посмотрела на себя в зеркало: бледная, с темными кругами под глазами, растрепанная.
Она вспомнила, как ехала в автобусе, как представляла, как Ваня ее обнимет, как он скажет: «Слава богу, ты дома».
Когда Даша, умывшись, вышла из ванной, скан.дал продолжился.
Муж опять на нее наорал, а потом швырнул в нее кусок мяса.
Из дома она тогда ушла в чем была — хорошо, что переодеться не успела.
Опять уехала к родителям.
Не разводиться Дашу уговаривала вся родня: и свекры, и золовка, и дальние родственники.
Да и Ваня регулярно названивал и просил вернуться.
Даша же для себя все решила: муж такой ей не нужен, развод состоится обязательно.
Зачем ей супруг, который уборку в квартире ставит выше здоровья их общего ребенка?
