— Спасибо вам огромное за предложение. Это очень щедро. Но мы откажемся.
Лицо свекрови вытянулось.
— Это почему еще? Гордые слишком?
— Нет, не гордые. Просто у нас налаженный быт. Детям школу менять посреди года — стресс. Да и привыкли мы. У нас там ремонт свежий, все новое.
А у вас… — Кристина сделала паузу, подбирая слова, но решила бить фактами. — У вас там все-таки память, вещи дорогие.
Дети маленькие, что-то разобьют, испачкают. Зачем нам эти нервы?
Когда Кристина вернулась с работы домой, супруг стоял в коридоре. Явно ее поджидал.
Она разулась, молча прошла в спальню, переоделась там, потом направилась на кухню. Муж молча поплелся за ней следом.
Кристина не выдержала:
— Опять начнешь? Я же сказала: нет!
Денис протяжно вздохнул.
— Мама сегодня опять звонила. Говорит, давление скачет. Ей там тяжело, дед с бабкой совсем плохие стали, капризничают, как дети. Она одна не справляется.
— И что? — Кристина сделала глоток, холодной воды, пытаясь остудить нарастающее раздражение. — Она сама выбрала жизнь на даче.
Сдает квартиру, получает деньги, воздух свежий. Ей там нравилось.
— Нравилось, пока силы были. А сейчас ноет, что скучно и тяжело. В общем… — Денис набрал в грудь воздуха. — Она предложила нам переехать к ней. В трешку.
Кристина вытаращилась на мужа и рявкнула:
— Ну почему сразу «нет»? Ты даже не дослушала! — Денис всплеснул руками. — Смотри: район — сказка. До твоего офиса пятнадцать минут, до моего — двадцать.
Школа там языковая через дорогу, сад во дворе. Мы перестанем жить в пробках!
А эту квартиру сдадим, ипотека сама себя гасить будет. Еще и останется.
— Денис, ты себя слышишь? — Кристина подошла к нему вплотную. — Мы здесь живем два с половиной года.
Я место под каждую розетку здесь сама выбирала! У детей друзья в соседнем подъезде.
Мы, наконец, у себя дома. У себя!
— Да какая разница, где жить, если ты домой приезжаешь только поспать? По два часа с работы домой добираемся! — парировал он. — Там сталинка, потолки три метра, стены толстенные, соседей не слышно.
— И ремонт, который делали, когда я еще в школу ходила, — отрезала Кристина. — Ты забыл, как там воняет? И главное — это не наш дом. Это дом Анны Леонидовны.
— Мама сказала, что не будет вмешиваться. Она на даче останется, просто будет знать, что квартира под присмотром.
Кристина горько усмехнулась.
— Денис, у тебя память как у рыбки гуппи? Вспомни, как мы эту квартиру покупали.
Муж отвел взгляд. Конечно, он помнил. Семь лет они мыкались по съемным однушкам, откладывал каждый рубль.
Когда накопили на первоначальный взнос, Денис пришел к маме. План был идеальный: разменять мамину огромную трешку в центре на хорошую двушку для нее и что-то приличное для молодых.
Анна Леонидовна тогда кивала, улыбалась, говорила: «Конечно, детки, вам же расширяться надо».
Они уже варианты подобрали. Уже мечтали. А потом, в день, когда нужно было ехать к риелтору, она позвонила.
— Помнишь, что она сказала? — не унималась Кристина. — «Я подумала… Мой район такой престижный, соседи интеллигентные.
