– Макс, ты понимаешь, что это конец? — Серёга стоял перед ним, глядя с явным сожалением. — Ты уже не выкрутишься. Ты маму в это втянул. Дом она продала. Как ты вообще до такого дошёл?
– Я отдам всё, — Максим говорил, глядя в пол. — Постепенно, шаг за шагом. Мне просто нужно время.
– Время? У тебя его нет, — Серёга схватил его за плечо. — Эти люди не шутят. Ты бы подумал о своей семье. Таня ведь ничего не знает, да?
Максим молчал, сжав губы. Его глаза блестели от усталости.
– Нет, Серёг. И лучше бы она никогда не узнала.
Серёга отвернулся, тяжело выдохнув.
– Ты знаешь, я тебе не враг. Но помочь тебе уже не могу. Ты сам себя в это вогнал.
Максим не ответил. Он знал, что друг прав, но остановиться не мог.
***
– Мам, да чего ты его защищаешь? — Оля сидела на кухне с чашкой кофе, постукивая ложечкой о край. — Он же опять напортачит, ты же сама знаешь.
– Оля, ты как будто совсем не знаешь своего брата, — Валентина Павловна аккуратно нарезала хлеб. — Он может исправиться. Просто ему нужен шанс.
– Шанс? — Оля откинулась на спинку стула, усмехаясь. — Сколько раз мы ему уже давали этот «шанс»? Дом продали, мам. Дом, понимаешь? А он до сих пор крутится в долгах. Если думаешь, что он вдруг возьмётся за ум, то это самообман.
– Он не такой уж и плохой, — тихо сказала мать, опуская взгляд. — Просто ему тяжело. Таня его совсем загрызла, ты же видишь.
– Таня его загрызла? — Оля приподняла бровь. — А ничего, что она пашет на двух работах, чтобы семью содержать? Она-то, по-твоему, легко живёт?
Мать вздохнула и покачала головой.
– Ты не понимаешь. Ему нужно время, чтобы разобраться в себе. Если и мы его бросим, что у него останется?
***
Вечером Таня вернулась домой. Квартира была тихой, слишком тихой. Лиза играла в своей комнате, но Макса нигде не было.
– Лиз, папа дома? — заглянула Таня в детскую.
– Нет, — отозвалась девочка, даже не поднимая головы. — Я его не видела.
Таня нахмурилась. Она прошла в спальню, осмотрела ванную. Максима нигде не было.
– Оля, он у тебя? — позвонила она сестре мужа.
– Нет, я его не видела, — коротко ответила Оля.
– Понятно, — Таня резко сбросила звонок и села на диван, растерянно уставившись в телефон.
Минуты превращались в часы, но Максим так и не появился. Его телефон был отключён, и никто не знал, где он.
В ту ночь Таня почти не спала, а утром, собрав всю волю в кулак, набрала Валентину Павловну.
– Он ушёл, — сказала она сухо. — Исчез. Вам он ничего не говорил?
– Нет, — ответила мать, её голос звучал глухо. — Вы не ругались?
– Да нет, вроде все нормально было, ушел на работу и не вернулся — Таня бросила трубку.
***
Прошёл месяц. Тишина Максима казалась уже обыденной, пока в один день Оле не позвонили с незнакомого номера.
– Вы сестра Максима? — спросил хриплый голос на том конце.
– Да. Кто это? — Оля нахмурилась.
– У вас есть месяц. Два миллиона, — грубо произнесли в трубке. — Вы знаете, за что.
