— Уже не надо, — Людмила подняла глаза. В них больше не было ни тепла, ни привычного терпения. — Я только что перевела все средства с нашего общего накопительного счета на свой личный. И заблокировала тебе, Игорь, доступ к моей карте. К той самой, с которой ты собирался оплачивать этот банкет.
Лицо Игоря вытянулось, он стал похож на провинившегося школьника.
— Ты что, с ума сошла? Там же на новую машину отложено!
— Было отложено, — поправила Людмила. — Теперь это моя подушка безопасности. А дачу… переписывайте. Только учти, чеки на все материалы, от фундамента до крыши, лежат у меня в сейфе на работе. Завтра же подаю на раздел имущества. Посмотрим, что останется от «твоей» дачи после оценки.
Она взяла со стола бархатную коробочку и с громким стуком опустила её обратно в свою сумку.
— А часы? — растерянно спросил Игорь, провожая взглядом исчезающий подарок.
— А часы я сдам обратно. Куплю себе путёвку на море. Нервы лечить после вашей «справедливости».
Антонина Петровна открыла рот, набирая воздух для возмущения, но Людмила уже встала. Прямая, красивая.
— Счёт оплатите сами. У тебя же есть деньги на «веник» из перехода? Вот ими и расплатись. С годовщиной.
Людмила развернулась и пошла к выходу. Спиной она чувствовала их взгляды, но не ускорила шаг. Только каблуки стучали по паркету уверенно и твёрдо.
На улице было сыро и ветрено, но Людмила этого даже не заметила. Вечерний город сиял витринами и фарами машин. Она глубоко вдохнула влажный воздух, достала телефон и вызвала машину через приложение.
Впервые за много лет она не стала выбирать тариф «Эконом». Она нажала «Комфорт плюс».
Подъехал чёрный седан. Людмила села на заднее сиденье и посмотрела на свое отражение в темном стекле. Бархатная коробочка в сумке больше не тянула плечо. Теперь это был просто груз прошлого, который она удачно сбросила, не дожидаясь, пока он утянет её на дно.
— Поехали, — сказала она водителю. — В новую жизнь.
