Лена неторопливо отрезала кусочек белка, отправила в рот и, глядя мужу прямо в глаза, спокойно произнесла:
— Яичница с колбасой в холодильнике, Сережа. В виде сырых яиц и палки колбасы. Сковородка — вон там, под завалом ваших тарелок. Если откопаешь — будет тебе завтрак.
— В смысле? — улыбка медленно сползла с его лица. — Лен, ты не выспалась?
— Выспалась. И выздоровела. Только у меня осложнение, Сереж. Руки отнялись. Исключительно на обслуживание взрослых здоровых мужчин. Так что теперь — сами.
Она сделала глоток чая из своей идеально чистой кружки и впервые за двадцать лет брака не отвела взгляд.
Двенадцать дней спустя квартира напоминала поле битвы, которое проиграли обе армии. В прихожей выросла гора из кроссовок, на кухне стойко пахло кислым — кто-то забыл слить воду из пельменей.
В семь вечера Лена вышла из своей комнаты. На ней было новое темно-синее платье, легкий макияж и духи, которые раньше берегли «для особых случаев».
На кухне царило уныние. Сергей сидел перед пустой тарелкой из-под лапши быстрого приготовления. Паша угрюмо рылся в горе белья на стуле, пытаясь найти два одинаковых носка.
— Ты куда собралась? — глухо спросил муж. Его щетина превратилась в неопрятную бороду, а на футболке красовалось жирное пятно.
— В театр, с подругами.
— В театр?! — Сергей вскочил, пластиковая вилка хрустнула в его кулаке. — Лен, ты издеваешься? Мы тут… мы тут гниём заживо! Посмотри на кухню! Посуды чистой нет, я чай пью из банки! У Пашки завтра презентация, а рубашки не глажены!
— Мам, реально, это уже не смешно, — заныл сын. — Я как бездомный хожу. Коллеги косятся.
— Так погладь, — Лена пожала плечами. — Утюг там же, где был две недели назад. Порошок в ванной. Инструкция к машинке — в интернете. Вы же у меня умные мужчины, с высшим образованием. Неужели с техникой не справитесь?
— Да при чем тут техника! — взревел Сергей. — Это женская работа! Уют, очаг, вот это всё! Ты — хозяйка или кто?
Лена подошла к холодильнику, сорвала старый магнитик «Счастливая семья» и прикрепила лист бумаги, расчерченный маркером.
— Я хозяйка, Сережа. Хозяйка своей жизни, а не ваша прислуга.
Она ткнула пальцем в листок:
— Это график. Четные дни — твоя готовка и посуда. Нечетные — Пашины. Уборка общая по субботам. Стирка — каждый сам за себя. Если график не соблюдается — я вызываю платную уборку и заказываю еду из ресторана. Оплачиваете вы. С твоей зарплаты и с Пашиной.
— Ты серьезно? — сын смотрел на неё, открыв рот. — Мам, но это дорого…
— А моё здоровье и нервы — бесценны, сынок.
Она накинула пальто и взялась за ручку двери.
— Лен, ну подожди… А ужин? — растерянно спросил Сергей. — Хоть макарон свари, по нормальному. Мы же договоримся…
— Вот когда договоритесь с тряпкой и мусорным ведром — тогда и поговорим, — улыбнулась Лена.
Дверь закрылась мягко, но звук замка прозвучал как выстрел. Сергей переглянулся с сыном. Паша вздохнул, отшвырнул мятый носок и молча потянулся к венику. График на холодильнике победно белел в полумраке кухни.
