— Ты мне оставь завтрак, Верусь, — сонным голосом попросил Костя, вырвав Веру из воспоминаний.
— Ага, сам приготовишь… — прошептала она, доедая завтрак и скидывая тарелку в раковину.
Вера представила, как вечером придет после работы домой и снова все будет по одному и тому же сценарию: ссоры из-за бардака в квартире, неубранного мусора, грязных вещей, раскиданных по всей квартире. Самое ужасное, что Костя со своей удаленной работой перестал не только за порядком в доме следить, но и стал реже мыться.
Вид неухоженного мужа, сидевшего за компьютером, напрягал Веру. Косте даже лень было помыть голову. Волосы его выглядели отталкивающе. На рабочем столе лежали фантики и обертки от шоколадок. Клавиатура и компьютерная мышка были испачканы.
Костя словно не замечал придирок жены. После закатанных ею истерик, он уходил в комнату и надевал наушники. А девушка сидела и плакала.
На работе Вера клевала носом. Сосредоточиться на поставленных задачах помогал только кофе и свежий воздух из открытого окна.
Сотрудники подозрительно смотрели на бледную Веру, которая пыталась доделать проект.
В перерыве на обед она посмотрела на себя в зеркало. Синяки под глазами становились все больше.
— В кого я превратилась… — сказала она своему отражению. — Так больше продолжаться не может. Нужно что-то решать.
После работы она зашла в пекарню и заказала себе кусок морковного торта и чай. Наслаждаясь одиночеством и вкусным десертом, она смотрела на прохожих, спешащих по домам после работы. Впереди ожидались два выходных дня и солнечная погода. Вера решила, что дома она сидеть не станет. Уборка подождет. Хотелось поймать последние дни лета и насладиться отдыхом.
Подъехав к дому, Вера с тяжелым сердцем направилась к подъезду. Она уже чувствовала, как внутри волной накатывает тошнота.
— Привет, я дома, — сказала она в пустоту, зная, что муж занят своими делами и, скорее всего, ее даже не слышит.
Так и оказалось. Костя в домашних вытянутых спортивках сидел за компьютером в наушниках и что-то громко кричал.
Вера сняла с него наушники.
— Привет, Костя.
— Ты мне всю игру испортила, кто тебя просил.
Вера стояла и смотрела на мужа, сдерживая себя, чтобы не наговорить лишнего.
— Ты хоть работал сегодня? Или даже не начинал?
— Опять нравоучения. Я взрослый человек.
— Не похоже. Мне надоело уже вот это все.
— В смысле? Что поменялось? Ты же знала, кого выбирала в мужья.
Костя отложил наушники и выразительно посмотрел на Веру.
— Я даже не хочу обсуждать это. Меня волнует твое поведение свинское и то, как ты стал относиться к жизни.
— Может, причина в том, что ты меня не любишь? — с наездом проговорил Костя, упираясь руками в ручки кресла. — Мои чувства к тебе не изменились. Почему-то я принимаю тебя такой, какая ты есть. А ты жалуешься изо дня в день на свою нелегкую судьбу.
Весь разговор перешел в какую-то манипуляцию. Вера чувствовала, что одно неверно сказанное слово, и все развалится.
