— А чего мне стыдиться? У них еще мать есть. Пусть она ими занимается. А где она, можете меня не спрашивать, сам не могу ее найти. Как сквозь землю провалилась…
***
Свадьба пела и плясала.
Праздновали во дворе дома на окраине города. Погода позволяла. На улице установили три стола буквой П. Среди приглашенных — соседи и родственники виновников торжества.
Со стороны жениха из родственников был самый дорогой человек — сестра. Ближе у Ромки никого кроме нее.
— Даже не верится, Ромочка женится. — хлюпала Инга от счастья, шушукаясь с тетей Машей.
— Вот вы и выросли. Ох, и натерпелись бедные дети.
— Спасибо, теть Маш!
— За что?
— А за то, что за домом приглядывали, за то что в детском доме навещали. А та женщина, что нас родила так не разу и не пришла. А про папашу и говорить нечего.
— А дом-то не узнать ни снаружи, ни внутри. А забор какой вознесли — загляденье. Руки у Ромы откуда надо растут. Повезло Катюше с мужем. Какие же вы с братом молодцы.
Инга не удержалась — по ее щеке быстро сбежала слеза.
— Ладно, Инга. Не будем вспоминать… День-то какой сегодня. Вот она судьба. Кто бы мог подумать, что Катюшка, влюбленная в Ромку со школы, дождется и из детского дома, и из армии своего принца. Вот они — настоящие чувства, проверенные расстоянием и временем.
— Да… На одной улице жили, может, если не отказались от нас мамаша с папашей, по другому бы судьба сложилась. Как знать… Худо без добра не бывает.
— Это точно! Все так, как и должно быть. А как у тебя на личном фронте?
— Учиться в столицу поеду. Ромку есть на кого оставить. Они с Катей пусть в доме живут, а я не буду их стеснять.
— Инга, к тебе пришли. — кто-то из гостей дернул за рукав девушку. — Просят тебя выйти.
Озадаченная Инга пожала плечами тете Маше, у которой возник вопрос в глазах. Кто же мог прийти, если все приглашенные уже здесь часа три как веселятся, а больше она никого не ждала.
— Инга, доченька… — распахнула объятия женщина.
— Легка на помине! — нахмурилась Инга, узнавшая в незваной гостье мать.
Дана сильно изменилась за те годы, что дочь ее не видела. Последняя их встреча была, когда она их подкинула отцу. Променяла на мужика, вычеркнув их из своей жизни.
Перед Ингой стояла не та яркая, уверенная в себе женщина.
Осталась лишь жалкая тень былой красоты.
Опухшее, морщинистое лицо с мешками под глазами. Худая сгорбившаяся старушка.
— Дочка, — на глазах Даны навернулись слезы, — а я как узнала, что вы с Ромкой домой вернулись… Дочка, дай я тебя обниму. — тянула трясущиеся руки мать.
— Зачем пришла? Узнала, что дом отремонтировали, да? Посмотри на кого ты похожа! Где твой принц, на которого ты нас променяла? И где ты была все эти годы, когда мы жили в детском доме? Вспомнила?!
— Я хотела по-хорошему, неблагодарная!
— Я неблагодарная?!
— Ромка женится, хочу видеть сына! С тобой у нас разговор не получился.
— А ну пошла вон! — грудью встала Инга, преградив путь мамаше.
— Это и мой дом! — завопила Дана. — Пусти, негодница!
