— Да иди ты, знаешь куда! — закричала Лана.
Муж выпучил глаза от неожиданности и замолк. Прежде Лана никогда не повышала голоса. Она всегда была очень уравновешенная, терпеливая, покладистая женщина. Она «всё понимала». «Что это с ней?» — озадаченно думал Эдик.
…Лана действительно всегда «всё понимала» и поддерживала мужа Эдуарда. Он, с тех пор, как вырос и стал самостоятельным, мечтал иметь собственное жильё. В своей семье Эдуард был старшим сыном. Кроме него у родителей росло ещё пятеро сыновей. Было очень тесно. Спали дети на трёх двухъярусных кроватях, уроки делали по очереди. Все друг другу мешали. Мальчишки не были дружными. Делили игрушки, велосипеды, самокаты. Родители объясняли детям, что не могут купить каждому по транспорту и потому надо делиться. Но делиться никто не хотел.
Личного пространства не было никакого. Можно было только воткнуть в уши наушники плеера, забраться на верхнюю полку двухъярусной кровати и, повернувшись к стенке, закрыв глаза, слушать любимую музыку. Только так можно было отвлечься от непрерывного гвалта и суеты, которые постоянно происходили в квартире. Мама — на кухне, папа — на работе. Так целыми днями.
Когда Эдуард окончил одиннадцатый класс, он устроился на работу, чтобы помогать семье. Стало немного полегче, да и братья подрастали. А потом Эдик встретил Лану. Молодые люди понравились друг другу. Вскоре они скромно расписались и сняли недорогую квартиру. К этому времени ещё двое братьев Эдуарда подросли и стали работать. Парень с чистой совестью переселился от родителей и полностью сосредоточился на обеспечении своей собственной семьи.
Лана была неплохая швея. Она работала на частном предприятии и хорошо зарабатывала. Они с Эдуардом усердно копили деньги на новое жильё. У Ланы дома тоже было тесно: семья с двумя дочерьми ютилась в однушке. Мечта стала общей. Эдик часто повторял, что вдвоём будет гораздо проще накопить.
Экономили буквально на всём. Лана очень скучала по дому. Хоть жили они с родителями скромно, но какие-то сладости к чаю у них в семье всегда были: сухарики, печенья. Фигурка у Ланы была ладненькая, миниатюрная и она принадлежала к числу тех счастливых женщин, которые могли себе позволить сладости без последствий для внешности. А тут, с Эдиком они сели буквально «на хлеб и воду». Лана посыпала ломтик белого хлеба сахаром и так пила чай. Очень хотелось чего-нибудь вкусненького.
Один единственный раз они съездили в отпуск. В самом начале, когда еще только поженились. Лана долго потом удивлялась, как только Эдик отважился тогда на такие траты. А трат собственно и не было особых. Самый дешёвый отель, никаких экскурсий и кафе, никаких сувениров. Гуляли по берегу, потом возвращались в номер. «Зато сэкономили!» — радовался муж. Лане было грустно. Она хотела хотя бы в отпуске расслабиться.
