— Чтобы завтра её тут не было! Не знаю, как ты это сделаешь! Мне всё равно. Увези её куда-нибудь, по тихому. Она же старая совсем.
— Ты с ума сошёл! — воскликнула Дарья.
— Ну, дело твоё. Поступай, как знаешь. Но квартиру мне чтобы освободила. Ладно, не завтра. Но не затягивай с этим. Люди ждут. Уже покупатель есть. Поняла?!
***
— Настасья Никитична. Так нельзя. Надо кушать, — сказала нянечка, убирая нетронутую тарелку с едой, оставшуюся с обеда. — Подымайтесь, расходитесь немножко. Совсем ослабли. Зря доктор вам потакает. Надо в столовой есть, со всеми. Там и аппетиту больше.
Бабушка молчала. Она лежала, отвернувшись к стене. Уже три дня она отказывалась вставать. На обед, ужин и завтрак не ходила. Только пила немного молоко, которое приносили вечером. Врач велела приносить еду бабушке в палату и оставлять.
И беседовали с Настасьей Никитичной, и уговаривали, но она всё время молчала. А в глазах бабушки стояли слёзы.
— Здравствуйте! Кто тут у нас живёт-обитает? Как в сказке… Кто в теремочке живёт? — в комнату, улыбаясь, вошла Илона — девушка волонтёр. Она неделю должна была отработать в этом доме престарелых и решила познакомиться с подопечными. Эта палата была самая последняя по коридору, в торце здания. Почему-то именно здесь чувствовалась особо гнетущая атмосфера. Может быть, всему виной были деревья, плотной стеной растущие за окном: сквозь них совсем не пробивалось солнце. А может Илоне просто так показалось. Хотя… Что веселого может быть в таких местах?
Бабушка так и не повернулась. Пожилая женщина, сидевшая на соседней кровати, с любопытством разглядывала посетительницу. На столе у неё стоял открытый пакет сока, лежали фрукты. Похоже, бабулю недавно навещали родные.
Илона тихонько прикрыла в палату дверь и вышла в коридор. Она спросила нянечку, которая, после того, как отнесла нетронутый обед бабушки обратно в столовую, принялась поливать стоящую на подоконнике в коридоре герань, о той молчаливой старушке.
— Одинокая совсем?
— Да нет, — пожала плечами женщина. Она поставила бутылку, из которой поливала цветы на подоконник и повернулась к Илоне.
— Внучка, вроде как, у неё есть взрослая, Дарья. Она-то её и привезла сюда. Но носу не кажет. Сколько тут работаю, ни разу не приехала. К другим ещё худо-бедно наведываются… Хотя, что я говорю? И таких, как она, полно.
Три дня уже помогала Илона в доме престарелых. Работы тут хватало. Потому её сюда и направили. Благотворительная организация, в которой числилась Илона, курировала несколько таких мест.
За время своей работы девушка успела подружиться с некоторыми подопечными. Один весёлый дедушка даже научил её играть в шахматы. Доска с фигурками стояла в холле на низком столике. А вокруг стояли старенькие продавленные кресла, угрюмые и скрипящие, чем-то немного похожие на обитателей этого места. Дедушка чаще всего играл сам с собой, а тут Илона, на радость старику, составила ему компанию.
