С виду все было тихо, мирно, дружно. Но если присмотреться, то нет. Отчим почти всё время был на работе — он старался обеспечить семью. А мать всё больше отдалялась от Милы, пока она не сделалась для неё совсем чужой. Как будто бы у неё была новая семья, а Мила — из той, старой, о которой хочется забыть, как о страшном сне, ну или, по крайней мере, о не очень удачном периоде. А Мила своим видом напоминает. Этого Елена Артёмовна ей простить не могла. Потому и решила дистанцироваться от дочери. Ну, как будто нет её.
Мила росла тихоней. Училась хорошо и даже посещала музыкальную школу. Это отчим предложил отвести её туда. «А что? Неплохая мысль! — решила Елена Артёмовна. — Меньше будет под ногами мешаться».
Между детьми споров не было. Мила была не конфликтна и не завистлива, Брат же, Эдик просто знал, что его любят, и он самый-самый и потому с самого раннего детства взирал на сестру свысока и с большим достоинством, всем своим видом показывая, кто тут главный. Но Мила не спорила. Ей не нужна была эта пальма первенства. Она просто хотела человеческих отношений и потому «на рожон» не лезла, острые углы сглаживала, терпела ради ощущения мнимого благополучия.
Дни рождения детей разительно отличались. Милин проходил «так себе». Друзей ей звать не разрешалось. Отмечали в тихом семейном кругу. Торт. Без свечей. Чай. Конфеты. Скромные подарки. В основном что-нибудь нужное: кофта, куртка, ботинки.
Брату же подарок подбирался долго и тщательно. Заворачивался в подарочную бумагу и вручался торжественно. На торте свечи: ровно столько, сколько исполнялось лет. Все хлопали в ладоши, глядя как хилый от рождения Эдик пытается их задуть. Мила однажды не выдержала и чуточку помогла. Все заругались и сказали, что она захотела украсть желание брата, которое он загадал, ведь оно теперь не сбудется! Какая плохая девочка…
С желаниями там было всё в порядке. Велосипед, компьютер, игрушки дорогие. Всё что желалось, сразу же реализовывалось. Эдик рос немногословный, тихий. Со временем Мила даже стала его немного побаиваться. Смотришь на него и не знаешь, о чём он думает. Ей всё время приходила на ум пословица «в тихом омуте черти водятся». Такой весь загадочный и высокомерный.
Родителям же казалось, что это были признаки высокого интеллекта и таланта. Какого? Ну, Эдик пока ещё не определился, и мучил родителей своим непостоянством. Попробовал заняться и тем, и этим, но надолго его не хватало, зато потом на память оставалась вся атрибутика. Скейтборд с полной защитой и шлемом. Одежда, обувь, каска, обвязка, верёвки, карабины для занятия скалолазанием, мольберт, краски и дорогие кисти из салона для художников, для рисования, — однажды Эдик пожелал испробовать себя в роли живописца. И много всего ещё.
