— Очевидно, у неё были совсем плохие перспективы, и она решила, что нашла лёгкую добычу, — фыркала Маргарита, свысока глядя на «развесившего уши» брата.
— Да что та вообще понимаешь?! — обижался Славик. — Тебе какое дело! Диана меня полюбила с первого взгляда. И я её. Это судьба.
Рита всегда уходила от таких разговоров в их с мужем и дочкой комнату, чтобы не наговорить кучу гадостей об этой Дианочке. А очень хотелось. Но родители как-то раз заявили, что когда-то приняли её выбор, и великодушно разрешили жить тут Артёму. А Славик, мол, такой же им родной, как и Рита. Они тоже переживают и любят его. И пусть он тут живёт со своей Дианой. Может хоть доучится. Всё лучше, чем уйдёт куда-нибудь с ней и наверняка, бросив колледж, будет работать доставщиком пиццы или ещё кем. Он же честный и благородный. Будет стараться обеспечить семью.
— Не лезь, Рита! Не обостряй обстановку, — говорила мать.
«Не обострять» становилось всё сложнее и сложнее. Диана нигде не училась и не работала. Они со Славиком оба сидели на шее у Ритиных родителей. Славик учился, Дианочка искала себя. Но не нашла ничего лучше, кроме как валяться на диване до обеда, а потом, дождавшись Славика, она отправлялась с ним гулять. Кафешки, кино, магазины. Ничтоже сумняшеся она тратила деньги, которые давали Славику родители, на шмотки и развлечения.
А потом она забеременела.
— Это был наилучший выход, браво! — сказала Рита матери, услышав новость. — Странно, что не в первый же день она это объявила. Наверное не получалось никак.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Анна Семёновна. Она и сама всё понимала, только не решалась назвать вещи своими именами…
И без того наглая Диана с каждым днём наглела ещё сильнее. Она и так ничего не делала по дому, всё делала Маргарита. Анна Семёновна и Тимофей Владимирович до шести часов вечера работали, Рита же приходила пораньше. Аришка после школы посещала продлёнку и Рита, идя с работы, забирала дочь, а потом вместе с ней возвращалась домой. Дома всегда было не убрано. На кухне гора посуды, в коридоре песок, грязь, обувь, сваленная в кучу. Повсюду валялись вещи.
Рита принималась носиться по дому, силясь справиться одновременно с уборкой, готовкой на их немаленькую семью и другими делами. Диана же продолжала лежать на диване, щёлкая пультом от телевизора. Однажды Рита упрекнула её в этом и тут же услышала про то, что она теперь «в положении» и ей надо себя беречь.
— В самом деле, Рита, — хмурилась Анна Семёновна. — Разве ей можно напрягаться?
Происходило ещё много всего возмутительного. Рита стала замечать, что Диана стаскивает с кухни всякие угощения, которые она или Артём покупали для Ариши. То шоколадка пропадала из кухонного шкафчика, то орехи, то клубника из холодильника, то йогурты, то творожки. Хлопая невинными глазками, Диана сообщала, что ничего не брала и на неё «опять наговаривают» злые люди.
